Проклятый отбор

Минимальная, но все же!

Это раздражало и вынуждало выжидать, чтобы не причинить доверчивой проклятийнице еще больше вреда, чем уже есть. Но как забыть ее страсть и затягивающее словно водоворот желание принадлежать лишь ему? Как только он смог сдержаться!

Эдгару было мало обладать девушкой лишь мысленно. Это чересчур напоминало фантазию. Нет, он не хотел размениваться на всякого рода сублимации. Мари ему нужна была вся и во плоти. Если, конечно, того пожелает судьба.

От последней мысли Эдгар снова нахмурился.

Последние слова девушка произнесла в гневе, но в них была доля истины. Мариэлла устала, и это может помешать ей получить оставшуюся часть печати. Сможет ли она найти выход из лабиринта? Послушает ли свой внутренний голос? Она может просто не захотеть этого!

Эдгар сжал кулаки.

«С этим вполне можно разобраться. У нее просто не останется выбора», — решил король, но оставался еще один раздражающий факт.

Внезапно проявивший к девушке внимание Лигар.

В том, что его послал сердобольный Аргран, сомнений не возникало.

Эдгар устало потер лицо руками, словно пытался стереть остатки одолевавших его эмоций. Сейчас они были не самым лучшим советчиком. Хотелось, конечно, вызвать на разговор Арграна, но это только породит лишние вопросы, которых лучше избежать.

Но один мучил и самого короля: как Мариэлле удалось установить с ним ментальную связь?

Рука нащупала под манжетой рубашки браслет, парный тому, что сейчас был на лодыжке Мариэллы. Артефакты, принадлежащие королевскому роду, помогали создать между супругами мысленную связь. Но активировалась это функция лишь после свадебного обряда и посещения Кристального Грота. До этого момента все их способности ограничивались передачей сведений о состоянии здоровья носителя и играли роль маячка, не более того.

«Насколько же велико желание Мари оказаться со мной рядом, что артефакт выполнил требование и активировал ментальную связь?»

Осознание произошедшего теплом разливалось по сердцу. Конечно, для Мари это все было сном, но зато она не боялась и не стеснялась, а была собой.

Губы короля растянулись в довольной улыбке.

Для полного счастья оставалась самая малость. Последнее испытание. И Мари была просто обязана его пройти.