Острые грани (СИ)

Или возьми с собой местную охрану…

- Хорошо, - перебила меня девчонка, уверенно кивнув. – Я выйду. Вы же не отстанете, - буркнула она себе под нос и пошла к выходу, задев меня плечом.

Молча пошёл за ней, хладнокровно посмотрев на озадаченного бармена, глядящего ей вслед.

На улице оказалось душнее, чем в самом баре.

Первой вышла Арина и остановилось у входа, мазнув по машинам на парковке раздраженным взглядом.

- И? – выронила она нервно. – Ты, типа, развёл меня?

- Блядь, - вздохнул я, закатив глаза.

Через лобовое поймал Мишин потерянный взгляд и дернул головой, чтобы он вышел и родил хоть что-нибудь.

Мишаня как школьница с букетом вышел из машины и пошёл к нам, пристыженно приклонив голову и не поднимая на нас взгляд. По мере его приближения девчонка как-то, видимо, неосознанно, заходила за меня, пока не оказалось слегка за моим плечом.

Странное ощущение поднялось по руке, которой я чувствовал тепло девчонки. Она не касалась меня, но стояла достаточно близко.

- Добрый день, кхм… - по-деловому сухо начал Мишаня. Помял и слегка покрутил в руках стебли букета. За каким-то хреном глянул на меня и снова уставился в букет вместо того, чтобы смотреть девчонку. – Я бы хотел извиниться за содеянное. Перебрал и переборщил.

- Угу. И немного перегнул, - выронила Арина небрежно. – Это всё? А-то мне работать нужно.

- Я надеюсь, что этот конфликт исчерпан и забудется всеми сторонами.

- Ты на камеру, что ли, текст читаешь? – хмуро бросила девчонка. – Судьи с молоточком не хватает.

- Это те… вам, - исправился Мишаня и протянул девчонке букет, который она, наверное, вполне ожидаемо, не приняла.

- Жене своей подари, - буркнула она. Боковым зрением уловил, как она, стоя рядом со мной, но чуть-чуть позади, скрестила руки на груди и повела плечами. – Если это всё, то я пошла.

Арина сделала шаг назад, а Мишаня, за каким-то хреном, потянулся за ней и почти поймал за локоть.

- Сядь в машину, - процедил я ему холодно.

- Но пусть хоть букет возьмёт! – возмущался Мишаня, тряся этим веником перед моим лицом.

- Сядь, твою мать! – едва ли не рычал я, понимая, что если он не сбавит напор, то Арина точно может на него заявить. – Жене подаришь свой веник.