Осторожно, двери закрываются

Почти не разговариваем – так, по семейным делам. Плохого сказать нечего, но и хорошего тоже. Серенько все, буднично. А может, так у всех? Может, это нормально? Только я была девочкой начитанной и классическую литературу знала на «пять». Неужели все это вранье? Ася и Анна Каренина? Татьяна Ларина и Лиза Калитина? Наташа Ростова и Маргарита? Мадам Бовари и все остальные? Неужели все это придумано, выдумано? Тогда – для чего? Или все ложь, больные фантазии и несбыточные мечты авторов? Значит, и у меня ничего такого не будет.

Мне почти тридцать, столько лет я одна, и все эти годы мне было не до любви.

А вообще-то… Чего я стесняюсь, что я теряю? Да ровным счетом ничего! И я позвонила Валерию Михайловичу. Как он обрадовался! Договорились, что мой телефон он передаст претенденту на руку и сердце королевы, ха-ха. Правда, оговорился – мужчина этот, звали его Олегом, довольно скромный, даже закомплексованный: «Ну вы понимаете, после его-то истории. Так что не обессудьте и строго его не судите».

Я пообещала и стала ждать звонка.

Я сразу поняла, что это он. По голосу поняла, хриплому и явно очень волнующемуся.

Мы оба робели, это понятно. Он мялся, не решаясь мне что-то предложить.

И тут осмелела я:

– Может, просто прогуляемся? Погода прекрасная, настоящее бабье лето. Это вообще мое любимое время года.

Он оживился и радостно сообщил, что у него тоже.

Встретились мы на Ленинских горах. Ах, какой это был день! Сплошное удовольствие. Светило теплое солнце, небо было голубым и безоблачным, пахло начавшейся осенью, отцветающими травами, жухлыми листьями и дымком от костра – видимо, разводили подростки.

На дороге валялись опавшие кленовые листья – оранжевые, красные, бордовые, желтые.

Олег мне понравился сразу, это был мой тип мужчины – среднего роста, плотного телосложения, широкоплечий, с крупными, красивыми руками. Лицо? Обычное лицо, не особенно приметное, рядовое. Но, как говорится, хорошее, доброе. Одет он был скромно, но чисто. Даже странно – одинокий мужчина в начищенных ботинках и отглаженной рубашке.

Мы сели на лавочку, и разговор потек сам по себе.