Осторожно: блондинка!

 – Положить деньги в пакет, который был в почтовом ящике. Завтра в двадцать три ноль-ноль стоять на перекрестке между Первым Тупиковым переулком и Вторым. Ждать, пока зазвонит телефон, по которому вы получите дальнейшие указания.

– А это где ж такое? – наморщила лоб Наташа.

– Что, где?

– Ну эти, Первый и Второй Тупиковые?"

"– Откуда я знаю? Я же коренная москвичка. Это приезжие у нас все знают, как к Третьяковке проехать или где можно достать билеты в Оружейную палату? А я что? Последний раз в Большом театре была два года назад и то благодаря матери.

– Что за пристань? – насторожилась хозяйка «Опеля».

– Так называется ресторан, в котором мой супруг отрывался с блондинкой. Господи, Наташа, я же тебе все уже рассказывала…

– Да, моя дорогая.

– Я только что про него вспомнила, когда заговорили про улицы. Потому что не имею никакого представления, на какой находится эта «Тихая пристань». Я так волновалась, что совсем не смотрела, куда еду. Боялась выпустить из поля зрения машину Ефимова. А потом, в ресторане, накушалась коктейлей, как поросенок, и оттуда меня уже Володя увозил.

– Что значит, не имеешь представления? – подпрыгнула Наташа.

– Да успокойтесь вы, наконец, – вклинился в разговор Владимир. – Вон лучше в окно посмотрите, я пригнал уже машину.

– Интересно, а откуда ты ключи взял? – поинтересовалась Лариса.

– В твоей сумочке взял, – удивленно проговорил мужчина.

– Без спроса? – не унималась Лариса. – Как ты посмел?

Владимир окинул девушку сочувственным взглядом и, прищурив глаза, прошипел:

– Теперь я понимаю, что сделал огромную глупость, пытаясь преподнести тебе сюрприз.

– Идиотка, – прошептала Наташа.

– Сама такая, – огрызнулась Лариса и виновато посмотрела на Владимира: – Володь, извини меня, пожалуйста, я сама не знаю, что говорю. В голове не мозги, а геркулесовая каша. Спасибо тебе огромное, что пригнал машину. – И, приподнявшись на цыпочках, Лариса чмокнула детектива прямо в губы.

Владимир от неожиданности шарахнулся от нее, как черт от ладана, и машинально вытер губы рукой.

– Ну и негодяй, – взвилась Лариса.