Останься единственным

Разговорившись, я рассказал другу о проблемах с отцом Киры и поставками, и он посоветовал мне совсем молодую компанию. Поначалу отнесся к ним скептически, ведь они только появились на рынке, но так как выхода у меня не было, пришлось довериться. Сейчас не жалею, так как мои объекты запускают строительство один за одним, люди возвращаются к работе, хотя, конечно, пришлось искать и строителей, и бригадиров, так как далеко не все остались верны и нашли в себе силы и возможности ждать, когда мы начнем работу.

– Не скажешь, куда мы едем? – настаивает Кира.

– Не скажу."

"Хмурится. Я уверен, ей понравится. Знаю, ведь место, куда мы едем, принадлежит ей. Теперь окончательно и с чистой совестью я могу отвезти Киру в дом, который она выбирала для нашей семьи. Теперь, когда я швырнул деньги за дом на стол ее отцу, мы можем там жить. Конечно, время не самое подходящее, да и деньги, надо признать, не мои. Занял у отца с возвратом. Просто вдруг захотелось сделать для Киры что-то приятное. Что-то, что ей точно понравится.

О доме вспомнил неожиданно. Вместе с очередным звонком Арбатова, который после информации о подписании контракта с компанией «И…» резко захотел со мной встретиться. А ведь не так давно все было наоборот. Встречи с Арбатовым искал именно я. Бегал за ним, звонил. Оказывается, нужно было просто слезть с зависимости от его товаров, и проблемы решатся сами по себе.

– Наденешь это для меня? – протягиваю Кире маску для сна.

Она в удивлении распахивает глаза, но кивает.

– У тебя дрожат руки? Ты куда меня привез?

– Доверься мне, ладно?

Руки действительно дрожат от волнения. Я знаю, что Кире понравится мой подарок, но совладать с эмоциями не получается.

– Радует, что тут не раздается эхо, – хихикает Кира, и напряжение немного спадает.

– Готова?

Не знаю, кто из нас волнуется больше. Кира понятия не имеет, куда именно мы приехали, а я вижу дом, знаю, как моя жена билась за него.

– Ну же… Кирилл… – хнычет, когда я медлю.

Дрожащими по-прежнему руками снимаю с Киры маску. Она несколько раз моргает, осматривается. Вижу, что находится в растерянности и не понимает ничего.

– Я отдал твоему отцу деньги за этот дом.

– Он теперь твой?

– Твой, Кира.

– И… мы можем здесь жить?

– Не можем, а будем.