Предатель Ты врал мне годами (СИ)

Не будь блаженной идиоткой!

Меня переполняет дикая злость. Даже ярость. Я хочу свернуть в парковочный карман и кулаками раскрошить машину, а после перекинуться на фонарь, а после ввязаться в кровавую драку, но я молча стискиваю руль и смотрю на дорогу.

Я разъярен, и не хочу разбираться на кого именно.

И в причинах не хочу копаться.

Благо, что и Люба молчит. Просто смотрит в окно. Вот и пусть молчит."

"Паркую машину у гаража и не верю, что мы доехали до дома без скандала и оскорблений.

Я думал, что Люба потребует немедленно ее везти к Аркадию и Свете, чтобы раскрыть перед ними Доминику.

Но нет. Она неуклюже выползает из машины, тяжело вздохнув.

Поскрипывая зубами, тоже выныриваю из салона и слышу мой злой голос будто со стороны:

— Ты вообще в своем уме, Люба? Или тебе гормоны мозг сдавили?

Я сказал это вслух.

Люба оглядывается.

— Что ты несешь?

— Что я несу? — обхожу машину. — Ты, что, решила затянуть Доминику в нашу семью?

— Очень сомнительная фраза про нашу семью, — тихо отвечает она.

— Бред! — громко заявляю я и нарастает желание сломать молодую яблоню.

Люба кладет руку на живот и щурится на меня. Надо менять линию поведения с ней, а иначе устроит мне апокалипсис.

— Я могу заставить тебя замолчать.

Люба вскидывает бровь:

— Офигеть, Богдан.

Воцаряется молчание на минуту, и хмыкаю:

— Ты бы предпочла, чтобы я Доминику притащил тебе?

Может, стоило так поступить, ведь моя жена такая сердобольная, такая неравнодушная и такая добрая.

— А то ты у нас настоящая Мать Тереза.

— Ты правда не понимаешь, — шепчет Люба, вглядываясь в мои глаза. — Или не хочешь понимать, потому что тогда... — горько усмехается, — ты не любишь быть, виноватым, да? Не любишь признавать свою вину. Вот твоя проблема, Богдан.

— Я ее обеспечивал, — клокочу я. — Ясно. Я понес свою ответственность. Меня никто не поставил в известность...

— Да, тебя не поставили в известность, — Люба скрещивает руки на груди.

Кристина поступила, как настоящая редиска, — вскидывает бровь выше. — И что дальше? Что, Богдан? — вскидывает руку в сторону. — Там сидит пятнадцатилетняя девочка! Молодец, что обеспечивал! Герой! Прикрылся деньгами и все, ты в домике? Побыл честными? А дальше что?

Жри, Доминика, мои бабки и помалкивай?

А ведь рабочий план. Что не так? Чего Люба от меня хочет?

— Чего ты от меня ждешь?! — повышаю голос.