Особое зелье

— Хрен с ней, с солью… Уходим отсюда!

— Вот давно бы так! — одобрил Бизон. — Вера, слышала? Все отходим к монументу!

— А ты помнишь, где он? — уточнила запыхавшаяся Растрёпа.

— Помню… Да чтоб тебя!..

Одно из порождений всё-таки умудрилось достать Бизона когтями из-под щита. А казавшийся пустяковым порез оказался на удивление кровавым.

— Муся, прикрой нас! — рявкнула Растрёпа, бросаясь на помощь мужу. — Дайте бинт!

— Сейчас! — Вера засуетилась и полезла в рюкзак, чтобы помочь с перевязкой.

И в этот самый момент порождения пошли в атаку разом со всех сторон… Причём, как показалось Игорю, сделали это очень сознательно.

И дождались.

— Осторожно! — крикнул он своим. — Прут со всех сторон!

А дальше бой стал таким тяжёлым и насыщенным, что Игорь его, в принципе, плохо запомнил. Разве что, как его дважды перекидывал в сторону «спасительный рывок». И как получил несколько паршивых ран: может, монстры и не могли пробить его защиту, но остроты когтей это не отменяло.

Залитый кровью, Игорь продолжал отбиваться, буквально став последней линией обороны отряда. Каждый раз ему казалось, что это конец, но снова находились силы — и он отбрасывал очередную волну врагов.

Последнее, что он помнил — как Бизон вытащил его за руку прямо из схватки, а затем толкнул в какой-то светящийся круг. А потом мир вокруг них завертелся. Похоже, это был какой-то конструкт. И, видимо, он был связан с перемещением.

Вот только было и у него узкое место: на одну-единственную краткую секунду все люди в круге застыли.

И порождениям хватило этой секунды, чтобы до них добраться. Острые когти легко пробили броню на плече, вспарывая плоть, и Игорь не сдержал крик боли. Рядом кричала Вера, и, кажется, ревел Муся.

А потом мир для Игоря померк. Он уже не видел, как они вывалились из воздуха прямо посреди лагеря. Как ему, Вере и Мусе перевязывали раны. Как Растрёпа и Эрин вливали энергию в лечебные конструкты, а Бизон в одиночку сдерживал толпу монстров, рвущихся внутрь, за ограждение.

Когда Игорь очнулся, вокруг была всё та же Пыль. Он лежал на спальнике, где-то на половину тела замотанный бинтами. Хорошо, хоть боли не было. Но Игорь всё равно принялся гонять «самолечение», решив не спешить с тем, чтоб пошевелиться.

Как оказалось, правильно не спешил. Стоило ему чуть приподнять голову, как боль навалилась со страшной силой.