Особое зелье

— Да, это он, — кивнул Игорь. — Благодарю за оперативность.

— Обращайтесь! — кивнул охранник и уже шагнул на выход, как Тумуса прорвало:

— Вы не можете отдать меня ему!.. Я же свой!.. Вы что, вот так запросто отдаёте меня чужаку⁈

Караванные охранники лишь засмеялись в ответ, а тот, который только что общался с Игорем, покачал головой:

— Лучше заткни пасть, Тумус!

— Но я…

— Ты дерьма кусок!

Тумус обескураженно замолчал. Видимо, не верил в то, что услышал. А стражник не стал брать паузу и продолжил втаптывать его в грязь:

— Был дерьмом, сейчас дерьмо и будешь дерьмом.

Тебя терпели, потому что даже от тебя была хоть какая-то польза. А теперь ты перешёл черту. Так что просто захлопни пасть и не воняй!

Караванные охранники ушли. А Игорь снова присел на корточки рядом с Тумусом и повторил свой вопрос:

— Ну и как тебе твоя месть, Тумус?

— Пошёл ты… Я ни в чём не виноват! И не собираюсь тебе отвечать, урод! — прорычал связанный мужчина.

— Да ладно, не ври себе! Будешь ты отвечать! — прогудел Бизон. — Вон, видишь, как Ферот палец баюкает в углу? Вот он уже отвечал.

И ты будешь отвечать. Много, в деталях и с радостью!

— Отпустите меня!!! — жалобно завыла единственная женщина в банде.

— Мы сейчас обедаем… — с задумчивым видом проговорил Игорь. — … А ваша задача — молчать. Если от кого-нибудь из вас хоть слово прозвучит, получите кляп. Ясно?

Никто, само собой, ему не ответил. Зато все сосредоточенно затихли, и Игорь посчитал это положительным ответом, вернувшись к трапезе.

И всё равно обед закончился раньше, чем хотелось бы.

У Веры и так аппетита не было, после того как она увидела заплаканного Ферота. А теперь, когда к пленнику присоединилось несколько избитых людей — есть ей, тем более, расхотелось. Растрёпа ушла вместе с девочкой на улицу. А мужчины начали готовить лежак для допроса.

Через три часа Тумус всё-таки сдался… Он оказался более стойким, чем его подельник. Держался долго, взамен громогласно оглашая улицу криками и стонами, которые прорывались даже через стенки шатра.

Возможно, он ещё надеялся на какую-то помощь со стороны местных. А, возможно, просто не мог поверить в происходящее. Так или иначе, но сломался Тумус далеко не сразу.

— Видишь, Тумус… Нет здесь на Пустыре никого «своего», — заметил Игорь, когда Бизон дал пленнику немного передохнуть. — Там, где всё решают деньги, только их и считают «своими». А ты для торговцев — такой же чужой, как и любой здесь. Ваш узел — узел чужаков, которые просто лицемерно улыбаются друг другу.