Особое зелье

И вскоре Игорю стало известно, что уважаемый всеми Умаян не брезговал торговать наркотическими веществами, а Сеола покрывала работорговцев. Уважаемый Оасан, щедро предоставивший им шатёр, вообще-то торгует полежалым товаром, а некий Муарман обманывает покупателей, продавая дешёвый алкоголь под видом дорогого.

Пришлось этот поток признаний подрегулировать. Ну то есть направить в правильное русло, иначе житель пустыря мог сдать всех торговцев узла до единого. А это никому было не нужно, потому что к делу не относилось.

И, само собой, обвинитель не видел момента убийства. Когда он засыпал в своей палатке, несчастная Саана ещё выпивала в компании двух своих приятелей, которых звали Атус и Омбаяшмис. А когда проснулся, то хладный труп женщины уже лежал на спальном месте.

Не успел обвинитель решить, как ему поступить, как к нему подошёл некто Уузул, карманник и вор. Он-то и предложил ему лжесвидетельствовать против чужаков.

Последнее, чего от обвинителя удалось добиться — это описание похищенного кинжала. Жаль, оно не блистало подробностями. Кинжал был — вот удивительно-то! — белый. Очень белый. А обоюдоострое узкое лезвие, похожее на сильно вытянутый треугольник, было всего двадцать сантиметров в длину.

В общем, на поверку кинжал мог и вовсе оказаться стилетом или ножом. И никаких особых примет у него не было. Спасало лишь то, что, по идее, другого такого оружия на Пустыре быть не могло.

Вот и вся история обвинителя, который из-за жадности и глупости влип по самую макушку. И что с ним делать, ни Игорь, ни его спутники теперь не знали.

— Да вырвите ему лживый язык, и дело с концом! — предложил Оасан. — Ещё и меня опозорил! Товар у меня не сильно-то полежалый, просто хранился долго…

— Сами мы его наказывать не будем! — покачал головой Игорь.

— О! Это я с превеликой радостью! — ухмыльнувшись, кивнул Оасан и выскочил из шатра.

Вскоре внутрь заглянули два смутно знакомых охранника, которые подхватили под руки обвинителя и увели. А вернувшийся торговец сиял, как начищенная монета.