Осколки тебя

— Я просто не знаю, Картер, что мне с тобой делать. С тех пор, как ты родился, мы всегда находили общий язык. Но при этом у меня никогда не хватало для тебя отцовского авторитета. Поразительная двойственность моего положения. Ты все решаешь за себя сам! Так что же?

Я поднимаю сумку и вешаю ее на плечо, подхватывая с полки ключи от мотоцикла.

— Просто прими меня таким, какой я есть. Мы это проходили.

— А разве я не именно это и делаю, сын? Не принимаю?"

"В нашей семье не привыкли обниматься. И извинения не про нас — слишком все гордые и упрямые.

— Я решу свои проблемы, отец, обещаю. А ты реши наконец вопрос с мамой. Ты снова не спал, это видно.

— Ты все слышал?

— Не важно. Ей надо в клинику, сам ты не справишься. Она два года не выходит из дома, и при этом курьеры регулярно оставляют выпивку у наших дверей.

Отец хмурится и вытирает лоб носовым платком, потом снимает очки и протирает стекла.

— Ты не понимаешь, Картер. Тесс тяжелее всех. Она не хочет огласки, все это сразу скажется на репутации моей фирмы. Мама регулярно посещает психологов, и ей это помогает.

А самое смешное, что эту фигню на самом деле именно мать и вдолбила в голову отцу.

— Да ладно? Проблема появилась не вчера, а ты ей потакаешь и замалчиваешь.

— Не учи меня, сын! Я сам разберусь! Иди уже лучше, а то опоздаешь!

Наш разговор тоже зашел в тупик — особенно вторая его часть. Что ж, я отворачиваюсь, толкаю дверь и выхожу из дома на улицу. Вывожу из-под навеса мотоцикл, надеваю шлем, включаю стартер и уезжаю в школу.

Да пошло оно все!

Глава 25

В школе на парковке меня поджидает Лукас и радостно хлопает по плечу, подстраиваясь под мой шаг, когда мы оба идем к центральному входу в учебное здание.

Коридоры уже почти опустели, скоро звонок, и Лукас привычно треплется об их делах с Крисом, когда впереди появляется девчонка Холт, шагая навстречу.

Я сразу же узнаю ее среди редких учеников по тонкой фигуре и походке, и мгновенно напрягаюсь от ожидания встречи.