Осколки тебя

Поймав мое запястье, разворачивается и утаскивает за собой в сторону — подальше от нашей компании. Не отпуская, останавливается у стены и поворачивается ко мне лицом. Сейчас на его губах нет и тени улыбки, как еще полминуты назад, а во взгляде читается гнев.

Убедившись, что нас никто не слышит, Николас требовательно спрашивает:

— Утка, ты с ума сошла! Что ты здесь делаешь? Кто тебе разрешил сюда прийти?

Пальцы парня крепко держат мое запястье, а слова звучат ожидаемо грубо, так что я не удивляюсь. Непривычно другое — то, что Ник при всех со мной заговорил.

— Отпусти. То же, что и ты!

— Сначала ответь!

— Если ты имеешь в виду себя, то я не собираюсь у тебя спрашивать разрешения. А родители в курсе!

Рот Николаса недовольно поджимается, а серые глаза сужаются, когда он оглядывает меня.

— Ну, конечно. Ты теперь у нас взрослая, да? Расхаживаешь по вечеринкам? Накрасилась, напялила новое платье… Что, Утка, собираешься кого-то подцепить? Как в свое время твоя мамочка?

Это звучит обидно и уже не первый раз меня задевает.

— Я не собираюсь перед тобой отчитываться. И отстань от Пилар! Не смей ей пудрить голову! Она хорошая девушка!

— К черту Пилар! Лучше скажи, что здесь делает Лоуренс?! Вы вместе?!

Музыка звучит так громко, что никому нет до нас дела. Разве что Мендес все ближе мелькает в толпе в ярком платье, но ей не расслышать, о чем мы говорим.

— Это не твое дело.

— Еще как мое! — возражает парень.

— Вот именно: что вроде как. Николас, отойди и отпусти меня, — прошу. — Ты делаешь мне больно!

Но он и не думает слушать.

— И не подумаю! Только если ты сейчас же пойдешь со мной домой! Я не позволю тебе вилять задом и трахаться в машине с первым попавшимся членом, как мечтает твоя подружка!

Это настолько далеко от моих желаний, что у меня даже изумиться не получается.

— Что… что ты несешь! — только и выдыхаю. — Откуда ты можешь знать, чего хочет Пилар?

— Знаю! Значит, не уйдешь?

— Нет, — я упрямо мотаю головой в ответ на требовательный взгляд.

Ник яростно смотрит на меня с минуту, а потом вдруг отпускает руку и отступает. На его лице появляется спокойная усмешка — сразу и не скажешь, что он только что был другим.

— Ну ладно, так и быть. Развлекайся, сестричка! Что-то мне нудно стало.