Осколки тебя

Почему он другой? Не такой, как Ник? Как было бы замечательно, если бы именно Алекс оказался моим старшим братом! При нашем расставании он невзначай обронил, что на выходные уезжает с семьей в Гринсборо, и сейчас мне отчаянно захотелось, чтобы он вернулся и оказался здесь! И чтобы Ник вел себя нормально, а не кривил презрительно губы и насмехался, ведь Алекс сам сказал, что он мне друг!

Эта мысль одновременно смутила и обрадовала.

Я завязала волосы в высокий хвост, взяла тарелку с печеньем и, широко улыбаясь, отправилась в гостиную, где возле телевизора сидели мальчишки — трое.

— Кто это? — спросил рыжеватый парнишка, одетый в мешковатую футболку. На его голове криво сидела бейсболка с логотипом незнакомой спортивной команды, и сам он выглядел упитанным здоровяком. — Что за девчонка?

— Это Лена, моя младшая сестра, — к моему удивлению вполне спокойно начал Николас, но вот закончил в своем духе: — Нашлась, бродяжка.

— А она симпатичная. Плоская, правда, как доска, — сказал еще один мальчишка, постарше, забравшийся на спинку дивана. — Сколько ей лет, Ник?

— Одиннадцать. Но если кто-нибудь из вас ее тронет — башку оторву! Ясно? Даже не смотрите в ее сторону! Я и только я — ее личное исчадие ада!

Все притихли, я тоже растерялась.

— Ай-яй-яй, Ники, — негромкий голос прозвучал насмешливо. — Ты повторяешься, дружище, — заметил он с холодной ленцой. — Это были мои слова, и говорил я о своей сестре Виктории. На кой черт нам сдалась твоя принцесса-бродяжка? Лучше скажи ей, пусть уже захлопнет рот, подаст печенье и свалит! Здесь ее некому развлекать!

Что?! Я во все глаза смотрела на мальчишку и не могла поверить своим глазам и тому, что слышу.

Вот только синие глаза сегодня казались темнее и смотрели из-под длинной челки совсем иначе — равнодушно и совсем без участия, словно видели меня впервые. И жестче выделялись скулы на холодном лице.

Я опешила, услышав такие грубые слова.