Ошибка

Я сидела, потягивая изредка вино, рассматривала зал и гостей, не имея не малейшего желания с кем-то общаться за нашим столом. Несколько раз я ловила на себе задумчивые взгляды Игоря, но он так ничего и не спросил.

Запела следующая знаменитость со стадионами, мой фиктивный муж взял меня за локоть, слегка сжал его и посмотрел мне в глаза:

– Потанцуем?

– С удовольствием, – с улыбкой ответила я.

И не обманула. Я действительно с куда большим удовольствием буду двигаться в такт музыке, чем сидеть напротив Бояринцева и смотреть, как на нем виснет прекрасная Инесса.

Танцевал Игорь на удивление хорошо, так, словно учился этому с детства. Он уверенно кружил меня в танце, делал настолько сложные па, что первое время я немного боялась не успеть сориентироваться и оттоптать ему ноги – все-таки я не профессиональная танцовщица. Но потом успокоилась, поняв, что такого не произойдет: он настолько мастерски и пластично двигался, настолько умело вел, что я совершенно расслабилась, почувствовав себя в надежных руках, и отдалась воле музыки и партнера.

Алое платье то и дело пожарно отсвечивало где-то рядом. Похоже, Инессе удалось вытащить своего кавалера потанцевать, хотя мне танцующий Бояринцев казался чем-то невозможным, вроде горячего льда или твердого воздуха.

Я избегала смотреть в их сторону: видеть, как он обнимает Инессу, мне точно не хотелось. Никого из них видеть не хотелось. Вечеринка подошла к тому моменту, когда знаменитых звезд сменил не менее знаменитый диджей.

Дискотека. К этому времени обычно остаются самые стойкие, ну то есть самые пьяные.

Зал начал понемногу пустеть. Обрадовавшись этому обстоятельству, а еще тому, что сегодня мой фиктивный супруг был почти трезв (уже не знаю, как Бояринцев добился такого эффекта), я потянула Игоря за рукав и шепнула:

– Может, пойдем…

И сразу сжалась. Почему-то представилось, как он сейчас скажет: «Да что ты? Веселье же только начинается». И как потом, спустя какое-то время и энное количество бокалов вина, краснея и бледнея, я стану утаскивать пьяного мужа, а он, едва ворочая языком, доказывать, что веселье в самом разгаре и уходить еще рано.

От привидевшейся картины я вздрогнула и умоляюще посмотрела на Игоря.

– Конечно, пойдем, – он равнодушно пожал плечами. – Я бывал и на более скучных вечеринках, но эта в десятке самых тоскливых.

Я с ужасом огляделась по сторонам: не услышала ли этого бестактного высказывания наша хозяйка. Но та, кажется, видела и слышала только одного человека. И это точно был не мой муж.