Право на счастье

 – Вспомнила фразу из любимого фильма и, не сдержавшись, нарочито серьезно пояснила: – Была неправа, вспылила, но теперь считаю свое поведение безобразной ошибкой. Раскаиваюсь, прошу дать возможность загладить, искупить.

Надеюсь, книга не обидится на невинную шутку.

Не обиделась. Скорее всего, просто приняла мои слова за чистую монету, «Обыкновенное чудо» в этом мире точно никто не смотрел. По крайней мере она перестала воинственно трясти листами, исходящее от нее сияние опять приобрело нежно-золотистый оттенок, потом поблекло, а через мгновение и вовсе потухло.

Дневник затих на несколько минут – я терпеливо ждала, не двигаясь и никак не выражая заинтересованности, а потом медленно открылся.

«Личный круг жрицы», – прочитала я заголовок и жадно потянула к себе артефакт…

Утро я провела у единственного окна своей тесной комнатенки. Опираясь ладонями о подоконник, слушала звонкую перекличку птиц, вспоминала ночную встречу с Савардом, все, что недавно прочитала. Думала и наблюдала, как разгорается, набирая силу, новый день.

Что он мне принесет?

Шевелиться совершенно не хотелось, и я только порадовалась, что приняла решение никуда сегодня не выходить. Не отпускало ощущение, что мне дали лишь крохотную передышку, которая вот-вот закончится. Снова придется куда-то бежать, что-то разгадывать, напрягаться, делать выбор.

Нара Хард с младшей дочерью зашли перед завтраком, но я отговорилась отсутствием аппетита, усталостью, желанием подремать-отдохнуть в одиночестве и попросила до ужина не беспокоить.

Женщина равнодушно пожала плечами, девчонка фыркнула, пробормотав: «Как можно спать в такой день», и они удалились, а я вернулась к окну, к своим мыслям и к дневнику. Не покидала надежда, что Иравит не откажется еще раз поговорить, и я задам наконец свою тысячу вопросов. Нет, уже тысячу сто. Новая информация, та, которой артефакт сегодня любезно поделился, тоже нуждалась в разъяснениях.

Мои раздумья прервал настойчивый торопливый стук.

– Нара Варр, – Стана метеором ворвалась внутрь, едва не сбив меня с ног, я даже дверь не успела до конца открыть, – Летта пропала.

– Как пропала? – Я обернулась к встревоженной матери, бестолково мечущейся взад-вперед по узкой комнате. – Когда?

– Я отлучилась ненадолго… – она запнулась, но потом продолжила, – по нужде, а когда вернулась, ее уже не было.

– Значит, вы просто ушли? – вскипела я, до боли сжимая кулаки.