Право на счастье

– Терпение – ключ, отпирающий любую дверь, – сварливо проскрипела Кариффа, и я вдруг подумала, что они с Иравит обязательно найдут общий язык. – Если Великая пожелает, сама все объяснит.

– Объясню, – согласилась Сва, мимолетно улыбнувшись моей бывшей наставнице, – но не сейчас. Всему свое время, мальчик. Тебе предстоит многое узнать и еще большему научиться.

– Император говорил однажды, что отец Саварда нашел в архиве какие-то записи и прочитал, как распознать «проклятую кровь», – вернулась к интересующей меня теме.

 – «Старый надежный способ, забытый за ненадобностью», – так он сказал.

– Амулет, – кивнула Сва, – они отыскали именно его. После того как Горт с сыном решили, что уничтожили всех жриц, артефакт Нэталины с сопроводительной запиской – на всякий случай – поместили в главное имперское хранилище. Там его и обнаружил Игерд Крэаз, а потом научил Раиэсса с его помощью испытывать будущих наид в обители.

– Меня тоже заставили пройти проверку. – Невольно поежилась, мысленно переносясь в маленькую круглую комнату с постаментом, – я ведь тогда даже не представляла, что меня ждет впереди и выйду ли я вообще оттуда живой.

 – Только камень, кажется, испортился.

– Не испортился, Катя, – возразила Верховная, – просто отдал всю силу другому артефакту – парному, владелицу которого он мгновенно почувствовал и признал."

"– Медальон Одри могла достать только сама Нареченная Дня, и тем не менее он не просто дался в руки, но практически заставил взять его… – я обстоятельно перечисляла все известные мне факты.

 – Медальон Нэтты добровольно передал хранившуюся в нем энергию. Стихии всегда относились ко мне вполне по-дружески, берегли и охраняли как «свою». Нэталину порталом выбросило на Землю, туда, где возродилась душа Нареченной Дня. И эта… женщина должна была забрать у любовницы Горта ваше имя, благословение, силу и каким-то образом попасть со всем «отвоеванным добром» на Эргор…

– Да! Теперь ты поняла?

Богиня сияла, а мне в это мгновение хотелось ее придушить, как ни кощунственно это звучало.

– О чем вы говорите? – Вольпен переводил любопытный взгляд с меня на богиню.

– Что это значит, Кэти? – А вот Теомер смотрел только на меня. Внимательно. Требовательно.

Кариффа не стала ничего спрашивать, лишь чуть заметно вскинула брови.

– Великая имеет в виду, что в моем земном теле как раз и воплотилась душа Оделфри, – пояснила, чувствуя, что на меня нисходит какое-то странное спокойствие, почти безразличие.