Право на счастье

– Наследник Рэдриса завел себе новую игрушку? – Я будто воочию увидела, как повелитель презрительно поджал губы. – То-то мне показалось, что он в последние дни стал каким-то рассеянным. Невесту совершенно не замечает, наиду, по-моему, вообще наугад выбрал, ни одна из кандидаток мальчишку не заинтересовала. А ведь к ним в резиденцию привезли столько достойных сирр. Девица, должно быть, и в самом деле восхитительна, если так его зацепила, что он даже сюда ее притащил. Что скажешь, Вард? Как она? Отойди, дай полюбоваться на это чудо.

– Не на что там смотреть, – небрежно отозвался Крэаз. – Нара как нара. В меру смазливая, а так – ничего особенного.

– Наверное, в постели хороша, – хохотнул Айар.

– Наверное… – натянуто проронил Савард, продвигаясь вперед, но по-прежнему надежно загораживая меня спиной. – Ты собирался о чем-то побеседовать, – напомнил он, предусмотрительно остановившись в дверях и полностью перекрывая вход, чтобы император не мог зайти.

– Да, – оживился Раиэсс.

Это он о той белобрысой особе, что обхаживала моего мужчину в парке поместья? Значит, вот кого теперь прочат ему в жены. Не сдержала печального вздоха – тихого, сдавленного, но Савард его уловил.

– Это долгий разговор, – перебил он собеседника. – Позволь, я дам несколько распоряжений магу Теомера, а потом продолжим.

– Отлично. Заканчивай свои дела и приходи ко мне в ложу. Только на сей раз не задерживайся.

Шаги императора стихли в коридоре, и на меня обрушился неистовый, головокружительный вихрь. Подхватил, закружил, притиснул к стене.

– Кэти… – Поцелуи раскаленными искрами обжигали щеки, лоб, глаза. – Кэти…

– А эта… дочь рода Наглей… красивая? – спросила, упрямо уворачиваясь от жадных и настойчивых губ.

– Нагейр, – тут же поправили меня.

– Все равно. Так красивая?

– Очень, – хитро сверкнул он глазами. – А что?

– Вот и иди к ней, – насупилась угрюмо, – она ведь твоя новая будущая супруга, верно?

Чувствовала, что веду себя как идиотка, но не сумела сдержаться. Ревность – она такая… ревность."

"– Кэти-Кэти… – Савард прижался пылающим лбом к моему виску, – глупенькая моя девочка.