Опьяняющая нежность

— Она мне ничего не рассказывала. — Два его мира столкнулись. Тейт боялся и в то же время с тревогой предвкушал этот момент. Он не мог и дальше жить двойной жизнью. Рано или поздно ему придется признать, что он и Тейт, и Уэсли. Сын Марион и Уильяма и сын Джорджа и Джейн.

— Они очень милые, — продолжала Джейн. — Я не виню их, ведь они так сильно полюбили тебя. Я благодарна им за это. Вернее, должна быть благодарна — на этом настаивает мой психотерапевт… — Ее лицо исказила судорога боли. — Но я люблю тебя, Уэс… Тейт.

Волна эмоций не заставила себя долго ждать. Глаза Тейта наполнились слезами. Он столько месяцев пытался сдерживать чувства, а теперь они высвободились, словно цунами."

"В это мгновение Тейт словно наяву увидел, как Джейн прыгнула в бассейн за его любимой мягкой игрушкой. Значит, он это не придумал и все было на самом деле! Тейт вспомнил, как Джейн отдала ему насквозь промокшую игрушку, и он расплакался еще сильнее.

Отец расхохотался — его смех был настолько заразителен, что они не смогли сдержаться и рассмеялись вслед за ним.

Теперь он помнил этот день с поразительной четкостью. Больше не было тумана, который не позволял ему сфокусироваться на воспоминаниях.

— Зови меня Уэсли, мам. — Он обнял ее. — Это имя, которое ты мне дала при рождении.

На этот раз, когда она расплакалась, Тейт не смог сдержать слез. Прошло так много лет, и вот они сумели вернуть утраченное.

Глава 16

В доме Синглтонов уже накрыли стол для праздничного ужина. В старинных канделябрах горели свечи, в центре стола красовалась живая рождественская звезда — цветущая пуансеттия. В углу стояла ель, сияющая разноцветными огоньками.

Джейн сказала, что подобную роскошь они позволяют себе не каждый праздник.

— На этот раз особый случай, — сказала Джейн с улыбкой.

Джордж и Джейн сели по разные стороны стола, их сыновья с невестами — парами друг напротив друга.

Торжества в ее семье были суматошными и вовсе не такими очаровательными. Мама готовила хорошо, но ее стряпня не могла сравниться с блюдами Джейн.

Главным украшением стола была зажаренная до золотистой корочки индейка с картофелем и жемчужным луком.