Операция 'Одиночество'

- Какой час, ты что, с ума сошел? И торпеду тебе разбери, и к телепортатору ее отбуксируй, пешком к люку вернись и все это за час? Как минимум два, а то и больше.

- Ну ладно, ладно - примирительно поднял руки Боб - Два с половиной, устроит? И ни минутой больше. Кстати, если люк будет открыт, то может и связь у нас сохранится. В любом случае я подключил приемник на внешнюю антенну, так что я вас услышу и, надеюсь, вы меня тоже. Правда, надо беречь батареи, компьютер жрет уйму энергии, так что на радио особо не надейтесь.

Дик, уже в скафандре с закрытым наглухо шлемом, поджидал Джоанну у шлюза. Девушка запаздывала, однако капитан никуда не торопился, и поэтому ничуть не переживал. Наконец он услышал в коридоре шаги и, спустя мгновение, из-за поворота показалась Диди.

- Нет, ну ты представляешь, какое паскудство? Боб, зараза, вывинтил из моего шлема передатчик. И когда только успел? Пришлось разыскивать Анин шлем, хорошо хоть они все одинаковые. Она, кстати, говорит, что скоро обед, и чтобы мы не задерживались.

- Ладно, пошли. Эй, Боб!

- А? - отозвался тот.

- Мы выходим, время пошло...

- Давайте.

- Только ты не вздумай запустить телепортатор до того, как мы вернемся, ладно? А то я тебе...

- Да помню я, помню. Не волнуйся. И вообще, не тяни резину.

Торпеда находилась там же, где они ее и оставили, то есть около люка, крышка которого послушно распахнулась и зафиксировалась в открытом положении. Дик первым выбрался из шлюза на поверхность корабля, затем помог Джоанне процесс был не слишком легким, учитывая внезапно меняющийся вектор силы тяжести.

Прежде всего надо было снять кожух, закрывавший смонтированные в зонде приборы. Этот процесс, такой легкий на первый взгляд, затянулся на добрых полчаса - какой-то кретин умудрился покрыть торпеду слоем краски, при этом, разумеется, залив ею и крепежные болты. Дик не раз вспомнил недобрым словом маму того энтузиаста, пока очищал шлицы болтов от краски, ставшей в холоде вакуума твердой, как камень.

А посмотреть было на что. Вокруг простиралась до невозможности ровная металлическая поверхность, неестественно ровная для тех, кто привык к угловатым конструкциям земных кораблей.