Ониксовый шторм

Мудрец улыбается шире и вскидывает костлявую руку. Ксейден взмывает в воздух и вцепляется пальцами в горло.

– Просыпайся! – кричу я Ксейдену.

– Я уже сказал тебе: он не может. А я-то надеялся, что ты быстро учишься. Какое разочарование, – насмешливым тоном произносит мудрец, затем, прищурившись, словно змея, смотрит на Ксейдена. – Ты потерял то, что мне было нужно. Но ты приведешь ее ко мне, – требовательно говорит он.

– Никогда, – хрипит Ксейден, пытаясь достать ногами до земли.

– Не волнуйся, – с кривой ухмылкой говорит мудрец.

Мое тело сковывает страх, и я тянусь к силе… Стоп. Это всего лишь сон. Это не по-настоящему. Ксейден не задыхается. Он прекрасно дышит рядом со мной в постели. Мне нужно проснуться, но это случается только тогда, когда мудрец наносит удар. Когда его меч опускается на меня…

Боль. Мне нужна боль. Я тянусь к бедру, но там ничего нет.

– Я устал ждать, – рычит мудрец. – Устал играть в эту маленькую игру. Может, вы и зарядили свои охранные чары, но они вас не спасут.

Кто она?

Я напоминаю себе, что это сон. И будь он моим, я была бы вооружена.

Проведя рукой по бедру еще раз, я натыкаюсь на рукоять кинжала. Прежде чем я успеваю переосмыслить свой план, я выдергиваю его из ножен.

Мудрец замечает мое движение, его глаза округляются, но я уже замахиваюсь.

* * *Я подскочила в кровати, хватая ртом воздух, и принялась яростно тереть глаза, чтобы развеять туман кошмара. За окном спальни медленно занимался рассвет.

Ксейден.

Он корчился в постели рядом со мной. Голова откинута назад от боли, рот беззвучно раскрывался, словно ему не хватало воздуха.

– Проснись! – Я положила обе руки ему на грудь и потянулась к нему и телом, и разумом. – «Ксейден! Проснись!»

Его глаза резко распахнулись, он вздрогнул и тут же обмяк.

– Это был всего лишь сон. – Я встала на колени рядом с ним, затем убрала волосы с его липкого лба. – Мы в Аретии. В твоей комнате. Здесь только мы с тобой.

Ксейден несколько раз моргнул, затем тихонько выдохнул.

– Кажется, этот сон был гораздо лучше. – Его рука скользнула по моему бедру, он взглянул на меня, и его сердцебиение замедлилось. – Там была ты.