Он такой один

Через десять минут должна быть консультация перед экзаменом, а нас не пускают.

— Это дизайнеры экзамен, кажется, пишут. Группа Дины Князевой.

Наша староста Карина как всегда все знала больше других.

— Аудиторий, что ли, других не нашлось свободных? Зачем ставить две группы на одно и то же место?!

— Аль, половину третьего этажа закрыли на ремонт.

Я уже благодарно кивнула старосте за ответ, когда за спиной прозвучал вредный голос Лизы Ковальчук.

— Ты имеешь что-то против группы Дины, Беляева? Не совсем ли охамела?!

— Девочки, брейк!

Карина за локоть подтащила меня к себе, не давая обернуться.

— Не обращай внимания! Ты же ее знаешь!

О, да! А хотелось бы не знать.

Когда дверь аудитории распахнулась, я не стала ждать, пока все дизайнеры выйдут, а вместе с Кариной и Димой прошла внутрь.

Да, и правда Князева собственной персоной. Дина что-то дописывала, рядом лежали тонкий макбук и несколько листов ватмана. А на соседнем стуле стояла….

— «Прада», штук сто, наверное, сумка стоит, не меньше.

У Карины был пунктик на Князеву, как и у меня, так что я старосту понимала.

— Все, время вышло давно. Дина, что у вас?!

Только возглас препода заставил Снежную Королеву поднять голову, а затем и сдать свою работу.

Только когда собирала свои вещи, Дина обратила внимание, что вокруг нее есть люди и даже холодно кивнула нам.

— Они с Лизон больше не подружки?

Дима, как и все мы обратил внимание, что Князева все время игнорила Ковальчук, хотя Подлизон не сводила глаз с Дины.

— Да какое нам дело? У нас экзамен в понедельник!

Я шутливо толкнула приятеля в плечо, и больше уже мы на всякие глупости не отвлекались.

Вечером была смена — кафетерий еще не проснулся после Нового года, людей к нам заходило немного, так что я цинично использовала рабочее время, чтобы лениво ползать по разным форумам Универсума.

У многих уже во всю шли экзамены, но все без исключения ждали результатов нашего второго задания.

Тоньки не было в общаге, когда я вернулась, чему и порадовалась. Но недолго. Я уже успела переодеться, когда дверь открылась, и на пороге возник наш комендант Владимир Семенович, а за ним стояла Тонька и еще одна незнакомая мне женщина лет сорока или даже старше.