Перерыв на жизнь

Что не умеет владеть собой, чтобы просто махнуть рукой и забыть все как

страшный сон. Злится на Геру, что вмешался в это дело, что рассказал ей все. А если бы с ним что-нибудь случилось? Она

этого не переживет!

Да, можно закрыться от всего мира, но от своих чувств не спрячешься, Гергердт снова запер ее внутри себя. Он отправил

ее с водителем. Вернул туда, где взял, словно игрушку. Теперь даже поговорить не с кем. О причине их разлада она никому

не сможет рассказать. Об этом не расскажешь и не пожалуешься.

Снова одна! Совершенно одна! Как в тот раз. Но тогда ей было все равно что с ней будет, тогда хотелось заснуть и не

проснуться, а теперь боялась спать, потому что могла пропустить звонок или сообщение от Геры.

Дойдя до какого-то эмоционального пика, она хватает сотовый и пишет:

«Ты сволочь! Ты все испортил! Я замуж за тебя хотела и ребенка! А ты все испортил!»

На одном сообщении Дружинина не останавливается. Что она ему только не пишет, каких гадостей.

"жизни не позволяла. И вообще не думала, что до такого когда-нибудь докатится. Но ей становится невероятно легко.

Продолжает на следующие день:

«Подлец! Негодяй!»

«Как ты мог!..»

«Я тебя ненавижу!..»

«Как ты?»

«Гера, как ты?»

«Что ты сегодня ел?»

«Напиши!!!»

Через какое-то время теряет счет своим идиотским сообщениям и перестает писать.

Он отвечает ей через три дня. Ночью.

Она не спит. Видит, как загорается экран телефона и тренькает короткий звонок.

беспредельной болью и безграничным счастьем.

* * *— Иди нахрен, — вместо приветствия посылает Гера Шаурину и бросает трубку.

«Гера, я тоже умею ругаться матом», — пишет Алёна.

— Ладно, — отвечает он. — Чего хотела? Узнать, отправил ли я ее? Да. Она ушла.

— Как ты?

— Дохера делов. Давай уже, Доктор, задвинь мне какую-нибудь очередную психтеорию. Мой мозг сейчас чист как слеза

младенца. Внимаю, — язвительно усмехается, не узнавая сам себя.

хорошее. Ну, или просто что-нибудь от кого-нибудь услышать.

— Она тебе пишет, звонит?

— Пишет.

— Ты ей отвечаешь?

— Нет.

— Хочешь, чтобы она замолчала?

— Нет.

— Что пишет?

— Ругается. Было дело, матом.

— Молодец. Счастливый ты. Видишь, как она тебя любит, — бодро делает вывод Алёна.

— Угу. Говорит, «скотина, всю жизнь мне испортил».

— Конечно, испортил. Правильно.