Огонь и сера

Стоило капитану подойти ближе, как поселенцы стали обращать на нее внимание. Хейворд дружелюбно кивала, получая в ответ враждебные взгляды. Люди ожесточились; ничего удивительного – они не дураки и понимают: отпугнув двух офицеров, от всей полиции не избавиться. В городке ждали, что нечисть пойдет на штурм, и Хейворд старалась показать, что никакая она не нечисть.

Капитан ощущала, что все взгляды прикованы сейчас к ней. Слышались шепотки: «Сатана... Нечестивая...» Стараясь сохранять доброжелательный вид и легкость походки, Хейворд вспоминала уроки «социальной динамики»: толпа как собака, учует твой страх – укусит, а если побежишь – станет преследовать.

Дорогу капитан помнила и к палатке Бака вышла меньше чем за минуту. Преподобный сидел с книгой за столиком снаружи, полностью погрузившись в чтение. Внезапно перед Хейворд вырос уже знакомый прислужник (Бак называл его Тодд). Собралась и толпа – пока что любопытная, притихшая и настороженная.

– Опять вы?! – удивился Тодд.

– Опять я, – ответила Хейворд.

"– Они вернулись! – закричал парень, заступая Хейворд дорогу.

– Никаких «они». Только я.

Толпа загудела, словно ток в проводах. Напряжение возросло.

Преподобный читал, совершенно не обращая на нее внимания. Отсюда было видно название: «Книга мучеников» Джорджа Фокса, издание «Ридерз дайджест».

Тодд уже приблизился к Хейворд вплотную.

– Преподобного беспокоить нельзя!

На Хейворд накатило неприятное чувство. Вдруг Уэнтворт был все-таки прав?

– Я пришла одна, – сказала Хейворд достаточно громко, чтобы Бак ее услышал.

– Лукавая! – раздалось из толпы.

Хейворд шагнула вперед, оттирая Тодда плечом.

– Офицер, это нападение! – предупредил Тодд.

– Если преподобный не желает меня видеть, пусть так и скажет. Почему вы принимаете решения за него?

– Преподобный просил не беспокоить.

Тодд отступил на шаг, однако с дороги не отошел.

– Римлянка!

«Да что они заладили про этих римлян?!»

– Преподобный, уделите мне всего пять минут, – позвала Хейворд, посмотрев через плечо Тодда. – Пять минут.

Наконец Бак оторвался от книги, положил ее на стол и с большой неохотой встал. Он взглянул на Хейворд, и когда их глаза встретились, капитана пробрал озноб. Еще вчера она видела в этих глазах неуверенность и даже намек на готовность слушать.