Огонь и сера

Д'Агоста проглядывал дела и вложенные фотографии, стараясь вникнуть в итальянские тексты. Ухватить удавалось только самую суть. Время от времени он делал коротенькие заметки – для отчета перед Хейворд.

На все документы ушло около часа.

– Нашли что-нибудь? – обратился Пендергаст к д'Агосте.

– Ничего интересного.

– Значит, пойдем по второму кругу.

Полковник, взглянув на часы, закурил.

– Мы справимся сами, синьор полковник, – сказал Пендергаст. – Можете идти.

– А я никуда не спешу, – отмахнулся Эспозито. – Здесь я словно в могиле – никто меня не найдет, и мой сотовый недоступен.

Наверху не так уж и приятно, особенно когда каждые полчаса тебе звонят из республиканской прокуратуры. И, боюсь, снова благодаря вам. Жаль только, не хватает эспрессо, здесь нет кофеварки. – Он обратился к младшему офицеру: – Caffe per tutti.

Тяжело вздохнув, д'Агоста вновь окунулся в темный омут отчетов. На сей раз внимание привлекла черно-белая фотография человека где-то в заброшенном здании: скрюченный сильно обгоревший труп лежал у полуразвалившейся бетонной стены.

Типичная полицейская фотография, мерзкая, тошнотворная, однако было в ней что-то... неправильное.

– Нашли? – спросил Пендергаст.

Приняв у д'Агосты снимок, он с минуту вглядывался в него, затем, приподняв брови, сказал:

– Да, вижу.

– Что там? – нехотя подался вперед Эспозито."

"– Смотрите, человек лежит в луже крови. Его сначала сожгли и только потом застрелили.

– Ну и?..

– Обычно жертву сжигают уже после того, как застрелят, – чтобы скрыть следы.

На вашей памяти убийцы хоть раз поступали наоборот?

– Поступали, причем довольно часто. Так вытягивают из жертв информацию.

– Да, но при пытке поджигают только часть тела.

– Это еще ничего не значит. – Эспозито взглянул на фотографию. – Должно быть, работа маньяка.

– Можно увидеть все дело?

Пожав плечами, полковник шаркающей походкой отправился к дальнему шкафу и вернулся с толстой пачкой бумаг. Опустив ее на стол, он перерезал шпагат перочинным ножом.

Пендергаст просмотрел документы и выборочно перевел с листа для д'Агосты:

– Карло Ванни, возраст шестьдесят девять, одинокий фермер.

Тело найдено в развалинах крестьянской усадьбы, в горах близ Абетоне. На месте преступления не обнаружено никаких улик: ни отпечатков пальцев, ни волокон, ни гильз, ни следов. – Фэбээровец оторвался от бумаг. – По мне, это не похоже на дело рук маньяка.

– А по мне, так и карабинеры попадаются некомпетентные. – Эспозито недовольно поморщился.

– Один выстрел в сердце.