Огненный князь 3 (СИ)

И если уж попался, лучше сам удавись, потому как пощады к нарушителю не будет.

Толчок эфира — и вокруг принца закружил пылевой вихрь, в котором постоянно мелькали острые камни.

Напрасно ты, дружок, поторопился. Ты ж подмастерье, источник маленький у тебя. Надо было хотя бы сблизиться со мной, прежде чем использовать магию. А теперь уж поздно.

Окутавшись щитом, я кинул в сафелита рой огненных ос, добавив заодно парочку игл, максимально напитанных и укрепленных огнем. Ну и конечно же, сразу ушел в сторону, разрывая дистанцию.

Осы, как и положено порядочным снарядам, взорвались, окутав пространство огненной завесой и чуть сбавив скорость вихря, как и самого Ахмеда.

Прикинув, что времени у меня вагон, а иного шанса может больше не представиться, я стал лупить по нему пламенем, пытаясь создать огненный вихрь. Сначала шло туго. Огонь сразу гас, не желая соединяться с воздухом. Но постепенно, несмотря на ветер, камни стали накаляться, а после и лопаться от высокой температуры, разбрасывая вокруг себя раскаленные осколки.

Родство со стихией означало, что можно управлять любым из предметов, в котором она есть. Вот и камни, начав нести в себе частичку огня, подчинились мне. А подчинившись, принялись на большой скорости вгрызаться в вихрь, туда, где по моим предположениям был Ахмед.

В результате он вообще остановился и его напор стал спадать. Все-таки он подмастерье, а техника, примененная им, была на уровне мастера.

Мой же, в отличие от него, был еще практически полным. Ничего масштабного я еще не использовал. Нет, можно было, конечно, поджарить его до хрустящей корочки, но я добрый и не хотел, чтобы его родителям вернули обезображенный труп.

Все так же лениво я продолжал его обстреливать небольшими огненными шарами, почти не тратя эфир и ожидая, когда у него источник покажет дно. И наконец дождался.

Щит спал и перед моими глазами всего метрах в десяти показался тяжело дышащий Ахмед.

Увы, но почему-то благородные порывы многие воспринимают как слабость. Не стал исключением и этот, разом выбив из меня всю жалость к себе.