Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

— Да уж, не говори, столько работы навалилось! Давно уже такого не было. Послушай, а где наш ковер?

— Его Ахмед забрал, — не моргнув глазом, соврала я.

— Зачем?

— Он передо мной не отчитывался.

— Я все понимаю, но зачем ему понадобился наш ковер, не могу понять.

— После того, как ты меня избил, я лежала на полу и выла от боли. Пришел Ахмед и увидел, что на ковре много кровавых пятен. Он помог мне привести себя в порядок, затем вновь посмотрел на пятна, лихо свернул ковер и куда‑то отнес.

— Я у него потом спрошу, где ковер. Послушай, а что ты ела все эти дни?

— Ничего.

— А Ахмед тебя не накормил?

— Нет.

— Я потом ему сделаю выговор. Ты голодная?

— Да я как‑то уже привыкла…

— К чему? — вытаращил глаза Валид. — Быть голодной?

— К тому, что мои раны так сильно болят, что есть мне совершенно не хочется.

— Малышка, я приглашаю тебя в ресторан.

— В ресторан?!

— А почему ты так удивилась?

— У меня такой вид. Я распугаю всех в ресторане.

— Ты моя жена. Ты — со мной, и никого не должен волновать твой внешний вид.

— Хорошо. Я согласна.

Я подумала о том, что согласна идти с Валидом куда угодно, только бы не оставаться с ним один на один в мрачной квартире, где еще совсем недавно произошло убийство.

ГЛАВА 28

Когда мы с Валидом проходили мимо лавки Хасана, тот выскочил на улицу и заголосил:

— Передай этой сумасшедшей женщине, что я не поеду в ее Сибирь! Скажи ей, Хасану и здесь хорошо! Пусть она сама едет в свою Сибирь и не мешает мне торговать.

— Вот возьми и скажи ей это сам! — ответила я Хасану. — Что‑то, как она рядом, так ты в свою лавку прячешься, а как ее нет — так орешь на всю улицу. Боишься ее, что ли?

— Просто она сумасшедшая женщина! Когда у нее самолет? Когда она улетит из нашей Хургады?

— Ты хочешь спросить, когда ты вздохнешь спокойно? Не переживай, скоро.

— Таким женщинам нельзя выезжать в Египет! Как ее выпустил российский врач?! У нее головка вава!

— Да на вас только таких женщин и нужно натравливать, чтобы ты в следующий раз немного подумал, прежде чем языком молоть.

— Валя, что происходит? Почему ты, замужняя женщина, разговариваешь с посторонним мужчиной? — побагровел от злости Валид. — Тебе нельзя с ним говорить. Хасан для тебя чужой.

— Он первый заорал на всю улицу.