Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Всю эту курортную мишуру воспринимать серьезно просто нельзя. У этого Хасана мобильный телефон от любовных посланий ломится.

Выждав паузу, я обратила внимание на то, что Клава покраснела до корней волос, и сказала дружелюбным голосом:

— Клава, поехали, а то нас сейчас точно полиция заметет. Свои отношения ты можешь выяснить позже, у тебя еще есть немного времени до отлета.

— Поехали, — дала «добро» Клава. — Все равно этому перцу от нас не скрыться.

Сняв у Клавы со лба темные очки, я надела их.

— Это для того, чтобы я не испугала полицию своим синюшным лицом, — пояснила я и надавила на газ.

— Послушай, а у нас документы на машину есть? — поинтересовалась Клава, как только мы выехали на главную улицу города.

— Откуда?

— Что, вообще ничего нет?

— Ничего. Я в сумке и в карманах у Ахмеда все пересмотрела: никаких документов, только ключи от машины.

— А как же он тогда ездил?"

"— Понятия не имею! У них здесь вообще вождение довольно странное. Все ездят и друг другу сигналят, прямо как братья. И при этом все друг друга подрезают и то и дело норовят устроить аварию.

— А если нас полиция остановит и документы на машину потребует?

— Скажем, что мы русские туристки и взяли машину напрокат, а документы забыли в номере.

— Тогда нас точно в полицию заберут.

Я нервничала ничуть не меньше Клавы, хотя старалась не показывать виду, но в тот момент, когда мы проезжали мимо дорожного поста, у которого стояли полицейские с автоматами, моя нервная система дала капитальный сбой и я ощутила, что меня охватила самая настоящая паника.

— Ну все, Клава, по‑моему, мы уже приехали.

— Держись левее и не вздумай обгонять автобус, — быстро сообразила Клавдия. — Поезжай с ним на одной скорости.

— Ты думаешь — пронесет?

— Я очень на это надеюсь.

Клава оказалась права, мы спрятались за туристический автобус и удачно миновали полицейский пост. Полицейские с автоматами остались уже позади, а я все слышала громкий стук своего сердца.

— Клава, мы больше не можем рисковать, — сказала я взволнованным голосом и тяжело задышала.