Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Сама не знаю, зачем я поехала. Я же прекрасно понимала, что ничего серьезного у меня с ним не будет. Я люблю мужа… Какое‑то затмение на меня нашло. То ли это месть была, то ли мне захотелось попробовать восточного горячего мужчину. Я Ахмеду сразу сказала, что я замужем, что мужа люблю, чтобы он ни на что серьезное не рассчитывал. А он какую‑то пургу начал нести: мол, время расставит все на свои места и у него еще будет возможность покорить мое сердце и подарить мне свое. Я еще тогда подумала: «На кой черт мне нужно это египетское сердце?»

Татьяна вновь вытерла слезы и сказала ледяным голосом:

— А еще я его захотела.

Как мужика. Я никогда не спала с восточным мужчиной, а столько была о них наслышана. Я когда ехала к нему на квартиру, прекрасно понимала, зачем я к нему еду. Я все это знала, и я этого хотела. Думала, одна‑единственная ночь ничего не изменит в моей жизни. Тем более, про эту ночь никто не узнает. Я хотела почувствовать себя шлюхой!"

"Последние слова не могли меня не удивить. Я вздрогнула, повела плечами и пристально посмотрела на девушку.

Мне показалось, что я ослышалась.

— Да, я хотела почувствовать себя шлюхой, — вновь повторила Татьяна — Я ведь никогда не знала, что они чувствуют. Я не знала, что значит отдаться понравившемуся тебе мужику после нескольких часов знакомства. Ведь за мной муж не один месяц ухаживал, пока я с ним в постель легла. Я хотела ощутить себя развратной женщиной. У меня подруга с арабом любовь крутит, постоянно к нему мотается. Так она говорит, что в постели он — просто бог.

А ведь меня муж в последнее время сексом не балует. Само собой все как‑то угасло. Постоянно говорит, что устал, нет настроения. Наверно, он все силы у своей любовницы оставляет, а ко мне приходит выжатый, как лимон. Ему бы только до дивана дойти, упасть на него и в телевизор уставиться. Так и живем.

— Зачем вы мне все это рассказываете? — тихо спросила я девушку. — Вы передо мной оправдывайтесь, что ли? Это ваша личная жизнь, и мне до нее нет никакого дела.

Но девушка не обратила внимания на мои слова и продолжила свой рассказ.

Мне хотелось встать и уйти, потому, что мне были не нужны чужие проблемы, ведь я не могла разобраться в своих собственных. Но я знала, что я должна дослушать девушку до конца, потому что, когда человек изливает свою душу, ему становится значительно легче.

— Я немного нервничала, когда ехала к Ахмеду на квартиру, и как только мы оказались у него дома, я спросила, нет ли чего‑нибудь выпить. Он открыл бутылку вина.