Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Они тут целыми днями наших женщин охмуряют да на деньги разводят, в лавках торгуют и молятся. Грехи, наверно, свои замаливают. Знаешь, а ведь я раньше их боялась.

— Кого?

— Египтян.

— А чего их бояться? Люди как люди.

— Не знаю. Боялась — и все. Особенно, когда туристкой была. Выйдешь за территорию отеля — и страшно становится. Кругом грязь, нищета, серость. А теперь я к этому всему привыкла и даже ненавистный мне суп‑пюре из чечевицы есть стала. А я ведь сама из Москвы.

— Ты из Москвы? — искренне удивился Михаил.

— Из Москвы. А что ты так удивился? Думал, я из деревни какой‑нибудь?

— Из Москвы переехать на постоянное место жительство в Хургаду… Я тебя не понимаю! Обычно наши девчонки из деревень хотят вырваться, из каких‑нибудь провинциальных городов, где разруха полнейшая, а ты из Москвы приехала. Надо же!

— Любовь, — грустно ответила я. — Любовь зла — полюбишь и козла. Вот и я козла полюбила, только импортного производства. Египетского.

— Врагу не пожелаешь такого.

— Вот и я про то же. Я тут не так долго, но к здешней жизни привыкла, даже с пылью смирилась.

— С какой пылью?

— С песочной, — пояснила я.

— А к ней разве можно привыкнуть?

— Я же говорю, что можно. У меня ведь дома всегда идеальная чистота была, а тут для меня это уже не имеет значения. Здешняя жизнь здорово людей меняет. Все меняется буквально за считаные дни: вкусы, привычки, предпочтения. А вообще мне по ночам Москва постоянно снится, — я говорила о своем родном городе с особой теплотой и искренностью.

— А может, тебе в российское посольство пойти?

— Зачем?

— Как зачем? Я уверен, что там помогут.

— Ты веришь, что мы, русские люди, нужны своему государству?

— Конечно, нужны, — не задумываясь, ответил мой новый знакомый. — Где тут находится консульство?

— В Каире.

— Далековато…

— Ты такой большой мальчик, а до сих пор веришь в справедливость.

— Она должна восторжествовать!

— Наивный…

— Если наш человек попал за границей в беду, то первая инстанция, куда он обращается, — это посольство.

— А по‑моему, это уже последняя инстанция. Ну, допустим, приду я в посольство, и посмотрят там на меня, как на очередную дуру. И что?

— Я думаю, что в посольство приходит не так много таких дур, как ты. Ты хочешь сказать, что русские девушки часто выходят замуж за египтян?

— Да таких, как я, — полно!

— Никогда бы не подумал, — удивился Михаил и полез в карман за сигаретой.