Офицер: Офицер. Тактик. Стратег (сборник)

 — Вес-то у бомбочки небольшой. Пара килограммов всего. Там же деревья кругом. Запутается в ветках — рупь за сто. Как фал дернулся, чека и выскочила. А взрыв над головой — это совсем другая песня.

— Голова! — Кирилл уважительно кивнул. — Тогда уже не парашют, а просто несколько лент с петлями. Будет дешевле и компактнее.

Японские авианосцы оказались довольно крупными кораблями. Конечно, не такие огромные, как атомные авианосцы, которые в этом мире еще не появились, но тоже внушало.

Сильно выбитая авиационная группировка позволила погрузить не только самолеты и вертолеты, но и разместить много разнообразного военного имущества. Кроме того, флот выделил десяток войсковых транспортов и два танкера, а адмирал Оикава, узнав о миссии Новикова, приказал выделить ему под штаб целые апартаменты, где и начала обживаться штабная группа, первым делом подняв антенну защищенной связи на одной из мачт.

Бомбардировщики должны были добираться своим ходом, а для их использования на западе Китая, в Куньмине уже заливалась взлетно-посадочная полоса и возводился целый военный городок.

Пока караван шел по Северному морскому пути, Кирилл гонял своих людей, отрабатывая различные тактические и стратегические вводные, а основной состав Корпуса двигался эшелонами по Транссибу. Кроме этого, он интенсивно занимался японским, общаясь с офицерами Императорского флота исключительно на их языке, добиваясь абсолютного произношения и расширяя словарный запас.

Этому же способствовали долгие беседы за чашкой саке и традиционными японскими угощениями в адмиральском салоне на линкоре, куда Новикова каждый вечер доставлял вертолет с авианосца.

Беседы были поучительными для обоих военачальников, так что к прибытию в Японию они с адмиралом Оикава были довольно близкими друзьями.

На военном совете с участием императора Кирилл изложил свое видение операции, и Хирохито, впечатленный выступлением советского маршала, отдал под его командование и японские сухопутные силы, которых в регионе было ни много ни мало триста двадцать тысяч.

Правда, довольно плохо вооруженных и совсем скверно обученных. Флот, как всегда, забирал себе лучших, а армии доставались крошки с этого стола. И несмотря на проведенное перевооружение на советские АК и поставленную легкую бронетехнику, положение все равно было не блестящим.