Огненная леди Туманных холмов

Он, вспоминая неловкое начало их знакомства, до сих пор чувствовал себя виноватым и потому не только отвечал на любые вопросы Агнии, но и, пользуясь своими поистине энциклопедическими знаниями, частенько убредал в сторону от точки основного ответа и дополнял свой рассказ яркими историческими фактами.

Бытовая магия Агнии по-прежнему была не слишком сильной, но все же, по сравнению с самым началом довольно заметно подросла. Теперь за один визит она умудрялась отреставрировать три, а иногда и четыре книги.

Или даже штук шесть-семь пергаментных свитков. Архивариус в это время смотрел на окрепшие и обновленные раритеты чуть ли не со с благоговением, как смотрит влюбленный и романтичный юноша на предмет обожания, с которым злая судьба разлучила его на целых два дня.

Мэтр с таким трепетом брал в руки каждый томик, так нежно и аккуратно разворачивал обновленные свитки, что Агния от души простила ему ту вспышку гнева. Через некоторое время их отношения окончательно устаканились и успокоились.

Настал тот день, когда мэтр перед уходом Агнии, застенчиво потупившись, спросил:

– Леди Ламмерс, я вижу, что вы устали. Не желаете ли подкрепиться чашечкой бодрящего взвара? Мне по случаю передали удивительный сбор с Южных островов. Признаться, ничего ароматнее я в жизни не пробовал.

Комната мэтра, которая нашлась здесь же, в архиве, за одной из дверей, поражала странным сочетанием солдатской экономичности убранства и одновременно излишней роскошью старинных томов, занимавших практически каждый пустой простенок.

Казалось, мэтру мало старинных фолиантов на работе: он и в личное пространство ухитрился впихнуть их. Просто мэтр Готье был настоящим фанатиком своего дела.

Чай действительно оказался достаточно ароматным, а беседы за столом с рабочих тем постепенно перешли в более личную тональность. Мэтр немного рассказывал о себе, неохотно вспоминая свою молодость. Третий сын из бедной дворянской семьи, который не унаследовал от родителей ничего, кроме права считаться благороднорожденным.

Довольно тоскливая жизнь в поместье богатого родственника, который не обращал на мальчишку никакого внимания, и жажда знаний, которая вспыхнула в нем в тот момент, когда наткнулся на почти заброшенную библиотеку."

"– Представляете, леди Ламмерс, там месяцами не бывал никто, кроме горничных, протирающих пыль! Сперва, разумеется, мне больше нравилось читать о приключениях.