Одесский листок сообщает

Там с пониманием отнеслись к просьбе полковника из Петербурга, у которого в кармане имелось письмо за подписью Столыпина. Однако ни в одном из кредитных учреждений счетов Двоеглазова не обнаружилось. Зато его отставная жена вложила крупную сумму в доходные бумаги Бессарабско-Таврического земельного банка. Сразу после расторжения брака она купила акций на десять тысяч рублей и ежемесячно приобретала облигаций еще на пятьсот рублей. Что это? Арендные платежи за дачи? Или гонорары от немецкого генштаба?

Лыков хотел уже разослать запросы в ближайшие к Одессе банки, нет ли и у них вкладов на фамилию Ландерер.

Коллежский советник вызвал в «Лондонскую» Сергея и показал ему «хвост». Высокий представительный мужчина терся возле сыщика с самого утра. Причем следил неумело, по-дилетантски. Кто его подослал? Сергей огорошил шефа: за ним со вчерашнего дня тоже следят.

Алексей Николаевич подумал-подумал и решил обратиться за помощью к жандармам. Им по закону положено ловить шпионов. Он явился на Карантинную, 5, в жандармское управление. Начальника, полковника Померанцева, коллежский советник лично не знал – тот всю жизнь прослужил в провинции.

– Нельзя ли силами ваших филеров установить, кто следит за нами? И кто нанял этих неумелых топтунов?

Полковник отнесся к просьбе безразлично. В городе говорили, что он идет на генерала и готовится к переезду в столицу. Так или иначе, но Померанцев ответил:"

"– Филерский отряд управления весьма малочислен. И занят исполнением поручений непосредственного начальства.

Лыков ушел обескураженный. Ох уж эти голубые мундиры! Никогда не знаешь, с кем столкнешься. В прошлом году в Москве сыщик очень сдружился с подполковником Запасовым из железнодорожной жандармской полиции [60]. Вот бы все жандармы были такие… Делать нечего, пришлось питерцу идти за подмогой к коллегам-сыщикам.