Одержимый

 – Но я ничего не могу с собой поделать, моя хорошая! Меня тянет к тебе…я схожу с ума…Знаю! Чувствую, что ты боишься меня! Я бы и сам боялся себя, после того, что я сделал! Но…Прости, я не могу….

И дальше он коснулся её обнаженных ног.

–Нет….

Валя попыталась перевернуться, чтобы встать, но он не позволил. Его руки охватили её чуть повыше колен, удерживая на земле.

–Не убегай! – голос Сергея тоже сорвался. Его эмоции, столь долго сдерживаемые, вырвались наружу. Ему было всё равно, как он мог выглядеть со стороны.

Его волк взвыл от восторга. И выпусти его, он тотчас бы перекинулся.

–Позволь, просто прикоснуться к тебе…, – его глаза, не отрываясь, смотрели на лицо девушки. Он просил. Что никогда раньше не делал ни с одной женщиной.

Валя задрожала сильнее. Её глаза метались из стороны в сторону, ища пути к отступлению, но их не было.

–Зачем? …– вырвалось у неё.

–Потому что я не могу сдерживать себя, когда ты рядом, родная…Ты – моё наваждение, Валюш…

Его руки ласкательными круговыми движениями стали подниматься к коленям, к тому месту, где заканчивался край платья.

–Сережа…нет!...Ты обещал!...

Он на мгновение остановился, перевел дыхание, пытаясь ещё сильнее не напугать жену. Его самоконтроль достиг высшей точки. Волк внутри него рычал и рвался в бой, животная сущность говорила, что он имеет полное право подчинить свою самку! Как ни крути, Валя по-прежнему была его! И с этим никто не решится поспорить!"

"–Я не буду брать тебя…, – наконец, сказал он, делая над собой огромное усилие.

Как же так получилось, что любимая женщина радуется его обещанию не трогать её?

–Я только прикоснусь к тебе…дотронусь до тебя…вдохну твой запах…Мне это необходимо, Валя! Иначе я сойду с ума! Я не прошу понимания с твой стороны! Меня сейчас понять сложно!.

Валентина окончательно запуталась. Она могла ожидать грубость от мужа, насмешек, издевок, даже не понятных угроз, но, то, что он будет умолять дать разрешения прикоснуться к ней…это было выше её понимания.

–Сергей…, – в её голосе послышалась растерянность, не уверенность, чем он не замедлил воспользоваться.