Одержимость: Покоряясь тебе

Грейс, я долгие годы был заносчивым эгоистом, которого волновали только собственные желания! – Он не кичился этим, и это не были слова, с наглостью брошенные мне в лицо. Он просто озвучивал факт, не больше, не меньше. – Я плевал на чувства женщин, которые были в моей жизни. А их было много. Их лица и имена стирались из моей памяти быстрее, чем солнце меняло свое положение на небе.

Заметно нервничая, Адам прошел к большому комоду из черного полированного дерева и, открыв верхний ящик, что-то достал оттуда.

– Посмотри на это и скажи, что все еще не ненавидишь меня.

Он протянул мне несколько больших фотографий: его рука дрожала при этом.

– Скажи, что это менее отвратительней того, чем когда я оставил тебя.

Я поднесла глаза к фото, рассматривая их. Горло сдавил спазм, и меня замутило от изображения на них. Фотографии были сделаны Адамом в подвале – на них я, прикованная к стене и обнаженная, потухшим, безжизненным взглядом смотрела в кадр. Следы от его рук отчетливо виднелись на моей коже, безошибочно указывая на характер их появления.

Пока я смотрела, Адам напряженно наблюдал за мной.

Мне до сих пор было тяжело вспоминать о тех выходных, проведенных в подвале уединенного дома, но оказалось, что увидеть со стороны то, какой он сделал меня, оказалось еще сложней.

– Оставить тебя было лучшее, что я мог сделать для тебя, – поникшим голосом пробормотал он, когда я не проронила ни звука.

– Ты ошибаешься. – Я наконец-то смогла обрести голос и подняла взгляд на него.

И с этими словами я разорвала фотографии, под откровенное недоумение Адама.

Мне удалось пошатнуть его непоколебимость, удалось снять маску неприступности, которую он носил слишком долго. И это в некоторой степени приносило мне удовлетворение. Он столько раз удивлял меня, теперь пришла моя очередь.

Никто из нас не ожидал, что после всех встрясок между нами у нас что-нибудь получится хорошее. Я и теперь не была в этом уверена. Знала, что нам с Адамом предстоит еще долгий и трудный путь.

За это стоило бороться.

– То, как у нас началось, неправильно. – Улыбнувшись краешком губ, сказала я. – И я знаю, что цели, которые ты преследовал, были во многом ужасны. Но… не говори мне, что то, что было между нами, было не настоящим. Потому что я не поверю.