Общество мертвых и исключительных

 — Ну все, меня точно посадят… А я говорила, что это хреновая затея. Говорила…

— Арни! Друг мой, — развернулся Ноа навстречу брату, который его же и окликнул.

Тот поморщился, услышав неформальное обращение. Он держал в руках стопку бумаг и явно направлялся к себе в кабинет.

— Лейтенант Эдвин. — поправил его Арни и оглянулся на мимо проходящих офицеров. — Какой я тебе друг?

— Приношу свои извинения. — Ноа выпрямился и вздернул голову.

— Это кто? — Арни кивнул на Соль.

— Веду на допрос.

— У тебя нет полномочий на это.

 — Арни порылся в листах и, выудив один, сверился с написанным. — А у меня на сегодня допросов не назначено.

— Это свидетель ритуального убий…

— Тише! — Арни осмотрелся. — Я же сказал тебе, что дело закрыто. Куда ты лезешь?!

— Но я…

Арни явно не хотел, чтобы их подслушивали.

— В допросную, быстро, — сквозь зубы сказал он и, протискиваясь через толпу бейсболистов, у которых украли какой-то там мячик за много тысяч баксов, Арни завел Соль с Ноа в кабинет.

Внутри маленькой комнатки были голые серые стены.

Одна яркая белая лампочка под потолком. Металлический стол посередине, два стула, стоящих напротив друг друга, и зеркало, которое, как все знали, было вовсе не зеркалом.

— Мисс? — обратился он к Соль.

— Чи, — ответила она Арни.

— Мисс Чи, будьте добры, подождите нас здесь. Я скоро вернусь, и вы расскажете мне все, что хотели рассказать. — Он отодвинул стул, тем самым приглашая присесть. — А ты, Тейлор, за мной. Живо.

Арни вышел из кабинета.

— Давай, зануда, — торопился Ноа, — твой выход!

— Что? А ты? Как я одна?"

"— Я попробую потянуть время.

Но меня надолго не хватит, поэтому торопись! — бросил он перед тем, как оставить Соль одну.

Арни, конечно же, завел его в смежный допросный кабинет, по другую сторону зеркала. Соль беспокойно осматривалась по сторонам и дергала ногой. Переживала. Пыталась настроиться.

— Мы же договорились, что занимаемся ритуалкой после работы. — Арни закрыл дверь на ключ.

— Я… Прости…

— Если кто-то узнает, что мы продолжили искать маньяка, то нам конец.

Это дело закрыл не Палмер. Понимаешь?

Ноа кивнул.

— Его закрыл сам Хиггинс. Ослушаться мэра — все равно что подписать лист с собственным разжалованием. Палмер уже сделал мне выговор, когда увидел, что я изучаю все эти символы. Еще раз попадусь, и меня уволят.

— Почему Хиггинс сделал это?

— Ты болван, Зак? — Арни потер глаза. — Дело связано с исключительными. Маньяк — наверняка очередная спятившая скура.

Он сел на стул и устало потянулся.