Обрученная с врагом (СИ)

И Роя, который разбазарил на меня семейное достояние.

Я не преминула воспользоваться шансом и любезно заговорила:

– Доброе утро, господин Баррингтон. Какая удача встретить вас здесь.

Мужчина довольно улыбнулся и сделал шаг ко мне. А затем наклонился к моему уху и шепнул:

– Его Величество не любит ждать. Но вы можете зайти ко мне после аудиенции. Думаю, нам будет о чем поговорить.

Больше всего мне хотелось отстраниться, но я сделала над собой усилие и выдавила улыбку. А затем прошептала в ответ:

– Где мне вас найти?

Баррингтон кивнул в сторону одного из коридоров и сказал:

– Мой кабинет в той стороне.

После этого он ушел. Слуга, который привел меня сюда, сделал приглашающий жест. Стража отступила в сторону. Двери распахнулись, и герольд возвестил:

– Леди Ариенай Суру прибыла на аудиенцию.

Тронный зал почти не изменился за те три года,что я провела вдали от западной столицы. Пока я шла к возвышению в дальнем конце, в моей голове билась только одна мысль – что от меня нужно королю?

Глава 27.

Его Величество Фердинанд восемнадцатый совсем не изменился за три года. От венценосных предков ему досталось волевое лицо, которое делала еще более мужественным аккуратная борода. На каштановых кудрях покоилась золотая корона, алый костюм, расшитый золотом, подчеркивал широкие плечи. У короля была фигура воина, а не кабинетного работника.

Поговаривали, что Фердинанд любит охоту, женщин, владеет обширной коллекцией холодного оружия и регулярно тренируется с ним.

Фердинанд занимал место на троне уже двести пятьдесят лет, и судьба не баловала его бессмертными наследниками. Или он не желал передавать власть или делиться ей. Только стоя перед троном, я вдруг поняла, что если с этим человеком что-то случится, то принять корону будет некому.

Супруги рядом с ним сегодня не было. Я отвесила подобающий поклон и принялась терпеливо ждать, пока король соизволит со мной заговорить. Но сначала меня осмотрели с ног до головы, и под этим взглядом я ощутила себя породистой кобылой, которую оценивают… для чего?

Фердинанд повел плечами и, наконец, сказал:

– Теперь я понимаю, почему Баррингтон прожужжал мне о вас все уши.