Образ врага

Позже, когда прошло много дней и месяцев, она не могла вспомнить, каким образом доехала, на такси или на метро, как шла по коридорам, куда-то спускалась, поднималась, отвечала на вопросы, расписывалась на каких-то документах. В памяти образовался глухой провал. Небольшой временной отрезок, всего-то час или полтора, был пропастью, через которую всякий раз Алисина память перепрыгивала, зажмурившись, и не стоило вспоминать, ибо можно запросто сорваться в эту черную дыру.

Она очнулась, когда в нос ударил резкий запах нашатыря и чей-то чужой голос произнес вполне мирно, даже весело:

– Эй, ребята, она у нас здесь сейчас родит, чего доброго.

Алиса почувствовала наконец резкую, настойчивую боль и жутко испугалась, потому что там, где она находилась, нельзя рожать ребенка. Ни за что нельзя.

– Кому можно позвонить, чтобы за вами приехали? Где ваш муж?

– У меня нет мужа.

– А мать?

– Мама в Хельсинки на симпозиуме. – Алиса еле сдерживалась, чтобы не заорать от боли.

– Перевозку надо вызывать. Нам здесь только роженицы не хватает, – сказал кто-то.

Алису вывели в коридор, усадили на банкетку. Дрожал сизый люминесцентный свет, пахло формалином и хлоркой, боль раздирала все тело и не давала ни о чем думать. Специальная перевозка для рожениц приехала только через час. Врач и акушерка сердито обсуждали, успеют довезти или нет.

Не успели. Мальчик родился в машине. Он был крупный, крепенький, красный как помидор. Он кричал мощным басом, отчаянно размахивал ручками и ножками. Алиса смотрела на сердитое маленькое личико, на мокрые темные волосики и не чувствовала ничего, кроме счастья.

Несколько долгих мгновений она почти верила, что морг Института Склифосовского, тело под простыней – это неправда, нелепый ночной кошмар, который сейчас развеется как дым и забудется навсегда.

– Как сына назовешь? – спросила нянечка в роддоме, помогая ей перелечь с каталки на койку.

– Моему папе очень нравится имя Максим, – быстро проговорила Алиса, – мы заранее решили, если будет мальчик… мой папа… папочка…

Она заплакала, вжавшись лицом в подушку.

Глава 23

– Конечно, это была не любовь. Что-то совсем другое. – Алиса смотрела куда-то мимо Денниса. – Если бы у меня за эти годы хватило мужества хотя бы раз подумать, разобраться, понять, что же это было, я, возможно, и сумела бы сейчас сформулировать.