Обманный бросок

Его слова были просто напоминанием о том, что я уже знала.

Он меня любит.

Настолько, что, скажи я ему, что получила работу и отказалась от нее, он не позволил бы мне остаться. И я не предоставила ему такую возможность.

До Исайи мне было комфортно одной. Одиночество было единственным, что я знала. Я развлекалась, как могла. Убеждала саму себя, что меня устраивает такой образ жизни. Но теперь у меня есть шанс на будущее, в котором, я не буду одинока, и мне не хочется все испортить.

Вот почему я отказалась от работы.

В последние дни мы виделись не так часто, как хотелось бы. Команда Атланты приехала в город для серии игр с «Воинами», и Дин оставался у меня ночевать, но сегодня я собираюсь вернуться к Исайе.

Отперев входную дверь своей квартиры, я бросаю ключи на столик в прихожей и направляюсь прямиком в спальню. Бросив спортивную сумку на кровать, собираю вещи: нижнее белье, носки, все, что мне может понадобиться. Я беру с собой достаточно, чтобы какое-то время сюда не возвращаться.

Здесь тихо, в этом огромном пентхаусе с большими окнами, из которых открывается вид город. От мраморных полов эхом отражается каждый шаг. Ненавижу это!

Я хочу согреться в постели Исайи, или посидеть с Миллер за семейным ужином, или послушать, как парни подначивают друг друга в тренажерном зале. Я хочу быть там, где мне хорошо, и уж точно не в квартире, которой владеет моя семья.

Продолжая собирать вещи, я включаю телевизор, чтобы создать фоновый шум, надеясь, что он сможет заполнить тишину, пока я не выберусь отсюда.

Вот что показывают сейчас. Четверо парней сидят за столом и обсуждают возможные исходы в связи с приближающимся окончанием обменов в лиге. Они говорят о том, что команды, не попавшие в плей-офф, освобождают игроков, которые получат свободу действий в межсезонье.

И вдруг они называют имя, которое я никак не ожидаю услышать:

– Я только что получил интересную информацию, – говорит один из них. – И кто знает, вдруг это правда? Ходят слухи, что Исайя Родез из «Воинов Города ветров» заинтересован в трейде [34].

Я замираю с парой носков в одной руке и чистыми легинсами в другой.

– Это не может быть правдой, – предполагает другой.