Обманный бросок

Он проводит руками по моим бедрам, сжимая их и заставляя меня тереться об его член.

– М-м-м… – Я издаю стон. – Еще."

"– Сделай это сама. – Он скрещивает руки за головой, на его губах появляется надменная улыбка. – Сама, Кен. Покажи мне, на что ты способна.

Я чувствую жар, по коже бегут мурашки. Предполагается, что это Исайя должен контролировать ситуацию, показывать мне, учить меня. Но естественная реакция моего тела – двигать бедрами и тереться, поэтому я делаю именно это, насаживаясь на его член, и ощущения просто неверотяные.

Я кладу руки ему на грудь, медленно извиваясь. Его спортивные штаны достаточно тонкие: он точно поймет, насколько я мокрая. Поймет, насколько сильно я его не ненавижу.

И я не парюсь, потому что с ним мне хорошо. Легко. Комфортно.

– Боже, посмотри на себя. Ты такая красивая, когда скачешь на мне. Собираешься кончить вот так, Кенни?

– Думаю, да, – выдыхаю я, ритмично скользя клитором по его головке.

– Да, так. Чертовски приятно.

Я замечаю, как напрягаются мышцы его рук, когда он пытается убрать их за голову. Но я не хочу, чтобы его руки были там. Хочу, чтобы они были на мне.

– Исайя? – впиваюсь ногтями ему в грудь. – Ты поможешь мне кончить?

Его набухший член пульсирует подо мной, а глаза закрыты, как будто он с трудом контролирует себя.

– Когда я мог сказать тебе «нет»?

Этот же вопрос он задал мне наутро после того, как мы произнесли те пьяные клятвы.

Исайя находит руками мою талию, обнимает меня за спину, плавно проводя вверх и вниз вдоль позвоночника.

– Я… – Он качает головой. – Не могу поверить, что ты здесь. Чувствую себя чертовски счастливым. – Он берет в ладони мою грудь, большими пальцами обводя стоящие соски под кружевом лифчика. – И она… она чертовски идеальна.

Моя грудь? Нет, это не так. На самом деле, она далека от совершенства. Довольно маленькая и несимметричная, но, черт возьми, как же идеально она смотрится в его руках!

Исайя выпрямляется, усаживая меня к себе на колени, и прижимается губами к моим губам для быстрого поцелуя. Его руки скользят по моим ягодицам, помогая мне извиваться на нем, и Исайя шепчет на ухо:

– Ты еще никогда не возбуждала меня больше, чем сейчас, Кеннеди Кей.