Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]

Я же решила на обед порадовать мужчину вкусным домашним борщом, если, конечно, он до этого не сбежит к маме, потому что, судя по загадочным моськам близнецов, они задумали очередную подлянку. И кажется я знаю, кто сегодня выступит в роли главной жертвы.

К обеду в доме запахло свежезаваренным борщом и запеченной курицей. Вскоре все самые голодные выстроились в очередь перед умывальником. Ибо за стол я пускаю только с чистыми руками.

Странное дело, но Лось пока еще не сбежал."

"Последним помыл руки и уселся рядом с детьми, за обе щеки уплетая борщ, а я чем больше наблюдала за своим семейством, тем больше хмурилась.

Вот, мужчина отвернулся, а у него никто хлеб не спер.

Вот, он отвлекся на разговор со мной, а ему в тарелку никто не насыпал красного перца.

Да, что там перца?!

Даже соли не насыпали!

И сидят все вместе.

Разговаривают с ним.

Натянуто, конечно. В основном он о чем-то спрашивает.

Но… все равно это как-то странно.

— Мам, — тут обращается ко мне Настена. — А дядя Вася сказал, что ты с ним на бал пойдешь? Правда?

— А вы меня отпустите? — шутливо интересуюсь я, а сама кошусь на мальчишек, ожидая реакции.

— Отпустим, — отвечает Даня, энергично работая челюстями. — Но только ненадолго, — и строгий взгляд на Луганского, — и под вашу ответственность.

Лось тихо фыркает себе под нос и улыбается уголками губ, а я рассеянно перевожу взгляд с одного на другого: сидят себе скребут ложками по тарелкам.

Я чего-то не понимаю, или мои дети странным образом стали нормальными?

Глава 11

Зайка.

Выходные прошли, оставив после себя приятное, почти невесомое послевкусие счастья.

Я закрываю глаза, чтобы в мысленно поймать это неповторимое чувство и испуганно замереть в следующую секунду, поняв, что я слишком расслабилась и замечталась.

Все это, конечно, здорово, но нужно возвращаться в реальность, где существует работа и ежедневные обязанности.

Луганский уехал к себе домой в воскресенье вечером.

Порывался остаться и отвезти нас всех утром на работу.

Лось не слишком жалует мою Старушку.

Раздраженно фыркнет и ругнется сквозь зубы, а я смотрю на эти странные ритуальные танцы из окошка, протирая посуду и начинаю задумываться, что Его Лосинного величества, становится в моей жизни как-то непозволительно много.

Любовь любовью, но слишком горек на вкус яд предательства, чтобы я не опасалась вляпаться в него снова по самые уши.