Оберег от испанской страсти

— Не может быть, — покраснела Баринова, — я избавилась от нее, причем не вчера, а намного раньше.

— Тем не менее на вашем сайте она есть в списке свободных сиделок, — возразила я.

— Компьютерщик идиот, — разозлилась хозяйка фирмы, — забыл удалить имя!

Глава 20

Вернувшись в офис, я безуспешно поискала Димона, собрала тех сотрудников, кого нашла в офисе, рассказала им о беседе с Бариновой. Потом спросила, в каком состоянии Анна.

— В том же, — уточнил Илья, — лежит в палате на аппаратах. В отношении суицида есть у меня сомнения.

— Похоже, Анна не отличалась особой щепетильностью, — остановила я Аверьянова, — ее один раз задержали за проституцию.

— И отпустили, — сказал Димон.

Я повернула голову на звук:

— Не слышала, как ты вошел.

— У меня ботинки, как у кошки лапы, — улыбнулся Коробков. — Надумал проверить еще раз более тщательно биографию Анны. Побеседовал с Виктором Маловым, начальником отделения, куда будущую звезду вместе с феями ночной трассы привели.

"— Не продаюсь за деньги.

Коробков поморщился.

— Ну и как должен был поступить служивый? Перед ним ярко накрашенная девица в кожаных шортах, сетчатых колготках, ботфортах, вместо майки или рубашки на красавице кожаная размахайка. Ага! Певица она! Большой театр! Такая же шлюха, как все, да еще и врет нагло. Ее товарки попроще, массажистками назвались. Но вскоре после того, как толпа девушек оказалась в отделении, начальник велел отпустить Анну.

— Ливрова уходит. Она поет под гитару, музыкант.

У того, кто в то время руководил отделением, уже ничего не спросишь, он умер. Но у Виктора создалось впечатление, что босс знал проститутку, может, был ее клиентом. Почему он так решил? Задержанных запихнули в обезьянник, девицы начали кричать, топать ногами, требовать воды, ругались, свистели. В общем, вели себя как обычно, но в тот день шум рассердил шефа.