Обещаю, больно не будет (СИ)

Ужаснулся! На минуту до чёрных мушек перед глазами захотел выкинуть отсюда эту девчонку, которая в кратчайшие сроки смешала мои мозги в крутую пену, как в блендере. И куда меня вообще понесло?

Но время шло, а я, как сидел, таращась на Веронику во все глаза, так и остался. А она просто ела, без жеманства и кокетства, технично орудуя приборами, а я весь вскипал. Везде!

Ибо Истомина превратилась в ходячий секс, чёрт бы её побрал.

Доедает рыбу, кивает в знак того, что вкус она оценила по достоинству. Допивает бокал вина.

Психую. Встаю и принимаюсь убирать со стола. Складываю тарелки в посудомойку, доливаю вина и когда уже достаю из морозилки мороженое, вижу, что Вероника вновь спешит укрыться с моих глаз.

— Останься, — кидаю я ей уже в спину, чувствуя, как у меня самого тарахтит в груди.

Не хочу, чтобы она уходила. Категорически!

— Зачем? — чуть поворачивается в мою сторону, но на меня не смотрит.

— Можем посидеть на террасе. Допьём вино, поговорим на нейтральные темы.

— Прости, но я не хочу говорить с тобой ни на какие темы, Ярослав, — чуть ведёт плечом, и я с защемлением всех нервов в организме понимаю, что она не лукавит. Все так и есть.

Внутри меня вспыхивает иррациональная паника. Та самая, которую я уже испытывал дважды в своей жизни: первый — когда умер отец, второй — когда умерла мать.

Это потом я внушил себе, что мне на всё и всех насрать. А тогда мне было тупо больно.

Вот и сейчас я чувствовал то же самое и сам себя за это ненавидел. Потому что Истомина была моим прошлым уже давным-давно, и я не планировал что-либо менять на этот счёт.

— Кино? — зачем-то бросаю я новое предложение особо уже и не рассчитывая на положительный ответ.

— Кино давай. Но молча, Яр.

— Ладно.

Она возвращается и усаживается на диван. Спустя минут пять я передаю ей на подносе мороженое со свежими ягодами и ещё бокал охлаждённого вина.

— Есть пожелания? — уточняю я.

— Не про любовь.

Врубаю ужасы. Махровые такие, зубодробительные. С прицелом на то, что Истомина изойдёт на измену и всё-таки кинется искать защиты у меня. Но я ошибся.