О любви, которой не было

Однако коленки трясутся почему-то всё равно… И спину надо держать непременно прямо…

Кирилл посторонился, пропуская меня во двор, закрыл калитку за моей спиной. Даже не подняла голову, просто прошла мимо…

— Сказала бы, что ходишь купаться, я бы хоть траву выкосил, — голос вроде вполне обычный, словно вчера ничего не произошло…

Буркнула себе под нос:

— Мне и так нормально.

С какой-то горячей дрожью, растекающейся по спине, ощутила полную стопроцентную уверенность в том, что завтра лопухов и крапивы здесь не будет… Может, даже перестанут скрипеть нижние три ступеньки… Почему-то захотелось плакать…

Чего он вообще приехал так рано?! На обед? Или просто решил отдохнуть? Или… Или переоденется и уедет к своей ненаглядной мымре? Да, собственно, скатертью дорога!.

Шмыгнула носом и, не оглядываясь, прошла в дом. Уже стоя под душем, долго тёрла глаза, размазывая непрошенные слёзы. Горько… Уже не больно, нет. Мучительно, тяжело, тоскливо, но не больно.

Наверное, по-настоящему будет больно второй раз собрать вещи и уйти из этого дома… И при этом знать наверняка, что сюда придёт другая.

Вылезла из душа и по уши завернулась в толстый халат. Опустив голову, прошла мимо кухни, бросив мимолётный взгляд на Кирилла, пьющего за столом кофе и что-то разглядывающего в своём телефоне. Не хочется почему-то больше мельтешить у него перед глазами…"

"Однако и в комнате долго усидеть не смогла — скучно тут.

Решила всё-таки надеть домашний летний сарафан из тонкого шелковистого материала, приятно холодящего кожу и едва уловимо скользящего по телу при каждом движении. Почему-то представила, как выхожу в нём на кухню без нижнего белья, как Кирилл обнимает меня и сажает к себе на колени, задирая подол… Тряхнула головой — совсем крыша едет, да? Хоть снова к речке возвращайся…

Впрочем, к речке, конечно, не пойду, а вот выйти на улицу и посидеть покурить в беседке вполне соответствует настроению.

Снова с каменным лицом прошла мимо кухни, вышла через заднюю дверь во двор. Босиком добежала по мокрой траве до небольшого павильончика, увитого диким виноградом. Мы почти никогда не пользовались этой беседкой, в основном сидели под навесом — там места больше и есть коммуникации.