О любви, которой не было

— Сумма была на тот момент достаточная, чтобы я потерял возможность сотрудничества с одним из давних поставщиков… Впрочем, рад, что ты об этом задумываешься.

Честно опустила глаза и тихо пробормотала:

— Прости пожалуйста…

Он помолчал немного, хлопнул ладонями по столу.

— Проехали.

Осталась сидеть с опущенной головой, кусая губы и пряча ликующую улыбку — прошло лучше, чем я могла надеяться. Вот что значит — чужие люди…

Кирилл поднялся из-за стола, покрутился вокруг термопота, всё-таки нажал кнопку на обычном чайнике.

Однако едва чайник зашумел, он выключил и его. Снова сел и поставил локти на столешницу.

— Ир… — он глубоко вздохнул. — Хотя ладно, потом.

Передумал говорить то, что хотел… Чёрт. Впрочем, может и к лучшему… Но всё равно неприятно…

Кирилл достал из ящика стола пачку, зажигалку и пепельницу, поднял на меня спокойный равнодушный взгляд, прикуривая сигарету.

— Комнату занимай любую. Банки твои я в подвал поставил, посуду убрал в сарай — тебе она здесь не нужна, потом заберёшь. Шмотки все перестираешь внизу сначала… Если тебя в огород потянет — будет замечательно, там заросло всё, смотреть невозможно. Может, хоть подскажешь, что скосить к чёртовой матери, а что оставить. Вообще не разобрать, что и где было посажено…

Сердце ёкнуло… Да всё пусть скашивает к той самой матери, мне-то уже какая разница…

Перебила в тон ему безразличным голосом:

— Солнце, давай не будем знакомить меня с моим же домом и огородом, ладно?! Я не одна из твоих приходящих сучек, сама разберусь, хорошо?

Кирилл вскинул прищуренный взгляд мне в глаза, выпуская струю сизого дыма.

— Хорошо.

Прошёл мимо меня, направляясь к выходу в коридорчик. Разозлился, наверное… Да и ладно.

Телефон, оставшийся на столе, взорвался на всю кухню противной трелью…

Несколько секунд тупо смотрела на него.

В том, что это Виталик, я почему-то не сомневалась. Протянула руку, нажала кнопку, резко рявкнула в трубку:

— Да!

Отвратительное чувство — говорить с любовником в присутствии мужа… Стоп. Он мне не муж. Не муж, чёрт побери!

— Иринка, здравствуй! Ты меня прости, не мог я…

Кирилл сел обратно на диван, опираясь локтями о стол.