Ну ты и ведьма!

Отыскав взглядом кувшин, мановением руки призвала и вылила из него воду.

Мокрый, сейчас почему-то больше похожий на крысу, чем на бурундука, Чейл завопил:

– Ведьмища противная!

– А ты тогда еще хуже: вместо помощи – насмешка.

Куратор виновато прикрыл мордочку удлинившимся хвостом.

– Прости.

– Отмени благословение Вечного – и можешь оставаться рядом, хоть вечность.

Я покривила душой: отпуск имеет свойство заканчиваться, да и не позволят Чейлу надолго покидать Занебесье.

Бурундук поскучнел.

– Заманчивое предложение, Эффи, но я не могу помочь. Юность – это подарок, ее не отменить. Мне силенок не хватит, прости.

Я вернулась на кровать и, поставив локти на колени, спрятала лицо в ладонях.

– И что же мне делать? Я не могу вернуться к людям такой!

– Почему? – полюбопытствовал бурундук. – Разве не ты ныла, что, попав на обучение к Вечному, ты лишилась радостей юности? О чем горевала, то и вернули!

Наблюдая сквозь пальцы за куратором, трагичным голосом призналась:"

"– Я ошибалась, Чейл.

– Где грудь? – удивился бурундук и притворно заозирался по сторонам.

Зашвырнув в него подушкой, прошипела:

– Готовься к смерти, грызун!

– Все-все, Эффи, я больше не буду! И даже увеличу тебе грудь, вернув твой размер…

Вторая подушка зависла в воздухе.

– И волосы нормальные верни! – выбила я дополнительное условие и поспешно уточнила: – На голове, Чейл!

С него станется уничтожить мои старания по удалению волос на ногах.

– Хорошо, я сделаю твою грудь больше и верну пышные локоны, а ты, Эффизея Арбор, возьмешь меня в спутники, – подытожил условия Чейл.

– И веснушки тогда убери, – потребовала я.

Со стороны может показаться, что я фамильярно общаюсь с духом, которого долгие годы боялась.

– Ладно, уберу и веснушки, – вздохнул Чейл и протянул лапку. – Я клянусь…

Обхватив пушистую миниатюрную конечность, я повторила слова клятвы за бурундуком. Магия договора отозвалась, разбрасывая во все стороны золотые искры.

Почти сразу дыхание перехватило, кожа зачесалась ниже шеи, засвербела на голове.