О бывшем наемнике и взрослой женщине

Пусть принцесса заберет Итана, я справлюсь сама, я давно взрослая девочка.

Возможно, я поступаю неправильно, но с Рицу лучше решить сейчас, заранее, пока есть время. Завтра мы должны идти к колдуну, и он скажет нам. Я буду знать наверняка. Но обсудить лучше сейчас. Пока никто из нас никому ничего не должен, и мы можем говорить на равных.

Я не стану ждать, пока меня выставят за дверь.

Самое главное я знаю и так.

— Рицу, я собрала вещи, — сказала твердо. — Думаю, все наши разговоры о свадьбе были ошибкой, семьи у нас не выйдет.

Если это действительно твой ребенок, я буду рада, если ты станешь видеться с ним, я никогда не буду этому мешать. Но не вижу смысла жить вместе.

— Если? — Фаурицо фыркнул, не отрываясь от чтения. — Помнится, ты так уверяла меня, что иначе и быть не может.

Пренебрежительно. Почти равнодушно.

— Если, — согласилась я. — Я не уверена, ты и сам знаешь.

— Знаю, — согласился он. — Ты спала с ним.

— Да.

Не буду оправдываться, это уже не имеет никакого значения.

— Хочешь вернуться к своему генералу, Диури? Мне кажется, сейчас не самый удачный момент.

Вздрогнула. Это было сказано так… «Вернуться»? Словно Фаурицо знал больше. Или знал? Альдаро что-то говорил ему, и теперь… он догадался? «Не самый удачный»? Я чего-то не понимаю?

— Что ты хочешь сказать, Рицу?

— Ты не знаешь? — удивился он. Протянул мне газету. — Этот вопрос поднялся еще когда мы были в Альденаере, я даже был уверен, что со мной откажутся подписывать контракт. Но не отказались, подписали. Вот тут, читай.

Я увидела сразу — небольшая заметка на третье полосе.

«Генерал Гратто снят с должности советника. Ведется расследование». Фотография Итана рядом. Он стоит выпрямившись, расправив плечи, глядя в камеру. Словно прямо на меня, в глаза… до дрожи. Словно хочет что-то сказать мне… моя фантазия, конечно. Просто в камеру. Какой-то большой официальный зал, высокие колонны…

Газета дрогнула в руках.

Я не читаю газет, не видела. И слухи не доходили до меня.

Буквы прыгали перед глазами.

Написано так мутно, не поймешь.

В чем его подозревают? Нежелательных связях с иностранными государствами? Как?

— Это же бред… — шепнула я.

В измене. Только не государству, принцессе. Нет, об этом, конечно, ни слова, только о том, как стали известны новые подробности, возникли сомнения по поводу лояльности генерала Гратто по отношению к короне.

Мне вспомнились вырванные ногти на левой руке… больная спина с тех пор… Тюрьма в Ийлате… Итан говорил, что тогда его тоже обвиняли в шпионаже.