Новолуние

– Аро, – прошипел Кай, – по закону они должны умереть!

Эдвард смерил седого Волыури гневным взглядом.

– Как это? – спросил он.

Каллен наверняка знал, что на уме у Кая, но, похоже, решил заставить его сказать это вслух."

"– Ей, – седой ткнул в меня костлявым пальцем, – слишком много известно. Ты выдал наши тайны! – Голос Кая был пергаментно тонким, совсем как кожа.

– В вашем фарсе смертные тоже задействованы! – заметил Эдвард, и я вспомнила хорошенькую администраторшу.

Словно цветные стекла калейдоскопа, черты Кая сложились в новое выражение.

– Да, – признал Вольтури, – но, когда мы поте ряем интерес, они будут использованы для поддер жки жизненной силы. Относительно этой смертной таких планов у тебя нет. Предай она нас, готов ты ее уничтожить? Вряд ли!

– У меня даже в мыслях… – по-прежнему шепотом начала я, но, встретив ледяной взгляд Кая, осеклась.

– Приобщать ее к нашему кругу ты тоже не собираешься, – продолжал седовласый Вольтури. – Значит, она уязвимое звено. Факты неоспоримы, однако пожертвовать придется только ее жизнью.

Эдвард оскалился.

– Так я и думал, – удовлетворенно проговорил Кай, а воспрявший духом Феликс подался вперед.

– Разве что… – перебил Аро, – разве что ты ее изменишь.

Каллен задумчиво поджал губы.

– А если я решусь на это? – осторожно спросил он.

– Тогда вы вернетесь домой и передадите привет моему дорогому Карлайлу. Увы, боюсь, – пергаментное лицо вампира посерьезнело, – боюсь, мне придется удостовериться в искренности твоих планов.

Нахмурившийся Кай моментально успокоился. Губы Эдварда сжались в тонкую бескровную полоску, карие глаза впились в мои.

– Ну, давай, – прошептала я, – пожалуйста!

Почему эта мысль внушает ему такое отвращение? Почему он согласен умереть, только бы не вводить меня в свой круг? Я расценивала это как предательство…

На бледном лице Каллена отразилась настоящая мука.

Вдруг из-за спины брата вышла Элис и с необыкновенной грацией двинулась к Аро.

Моя подруга молчала, а Вольтури отмахнулся от стражников, намеревавшихся встать между ним и Элис, шагнул ей навстречу и взял за руку. В затуманенных глазах горел жадный, чуть ли не хищный огонь.

Аро наклонился к соприкасающимся пальцам и, стараясь сосредоточиться, зажмурился. Элис, не шевелясь, апатично смотрела перед собой. В полной тишине я услышала, как клацнули зубы Эдварда.