Нижний уровень

Что тогда? Нет, я понимаю, что я прав, но браться объяснять это циничному адвокату-бабнику, сидящему напротив, я просто не возьмусь. Не объясню. Не поймет.

— Потому что так надо, вот и все. В данном конкретном случае. Потому что она кое-что для меня сделала, а я хочу расплатиться. И потому что половина бизнеса все равно будет моя."

"— Пятьдесят один процент, — сказал Мануэль.

— Ну… хорошо, — согласился я.

В любом случае я чуть больше знаю о бизнесе, чем Росита. А на доходы со своей доли я просто могу не претендовать.

— Из того, что я успел найти хорошего, — магазинчик в хорошем месте, в «Плаза Конкордия», в собственность. Сто шестьдесят тысяч. И помещение под кафе почти на Авенида Бальбоа, сто тридцать пять.

— Со всеми лицензиями?

— Кафе уже с лицензиями.

— Адреса есть?

— Держи.

Он поднял портфель на колени, открыл, поискав в одном из отделений, нашел лист с распечатанными адресами, отдал мне.

— Посмотри.

— Спасибо, Ману. — Я пробежал глазами адреса, затем сложил листок и убрал в карман сумки. — Буду очень тебе обязан.

— Будешь, — засмеялся он. — Но я тебя все равно не понимаю. Да, кстати, ты теперь свободный человек?

— Не совсем.

— А, вот оно что… Роситу сменила другая? Тоже колумбийка из стриптиза?

— Нет, на этот раз все совсем по-другому.

— А! — Он чуть вскинул брови.

«Женщина из общества» — это значит, что не любовница, это вроде как серьезно по местным понятиям. Обсуждать подробности отношений с такими просто старомодно не принято. Когда Мануэль встречался с «женщиной из общества», закончилось для него это свадьбой. И секретаршами в часах «Булгари».

— По Молине ты когда сделаешь заключение?

— Через пару дней, проверю кое-кого в Колоне.

— Кто они?

— Потенциально — партнеры партнеров будущих покупателей. Просто я не очень люблю, когда в схеме появляются мои соотечественники.

— Понимаю.

В Центральной Америке большинство русских и русскоязычных — или беглые должники, или жулье, которое пытается нажиться на новых приезжих. Такие берутся помогать, решать проблемы, много говорят, и все ради того, чтобы взять какой-нибудь аванс и сменить номер телефона после этого.