Ниса. (Не)желанная жена

Мне становится спокойнее, когда я осознаю, что папа будет внимательно наблюдать за этим сюром. Это значит, что в любой момент он сможет вмешаться и вытянуть меня, если мой план испортить жизнь будущему мужу вдруг провалится.

Нас не провожают в аэропорт. Я прошу родителей остаться дома, потому что вряд ли смогу держать это же счастливое выражение лица долго. Поэтому, только сев в машину, позволяю улыбке скатиться с моего лица и отворачиваюсь к окну.

Омар с отцом общаются между собой на своем языке. Я чувствую, как они бросают на меня взгляды, но не поворачиваюсь.

Понимаю, что обсуждают меня, чувствую это каждым нервным окончанием. Кожа покрывается колючими мурашками, и я тру плечи, чтобы избавиться от неприятного зуда.

Мы подъезжаем к самолету, и разговоры стихают. Пока устраиваемся на своих местах, я не смотрю на Омара. Откровенно говоря, сейчас мне не хватит моральных сил противостоять его взглядам и при этом держать лицо. Меня отсаживают дальше, хотя рядом с Омаром и его отцом есть еще место. В другой ситуации я бы сочла это за оскорбление, но прямо сейчас мне так нравится.

У меня появляется возможность побыть наедине со своими мыслями и немного перезагрузиться, пока мы будем лететь в новую жизнь.

По прилету я не успеваю толком перестроиться ни на новое время, ни на новый режим. По приезде в особняк Аль Мансури меня тут же подхватывает какая-то женщина и ведет по широкому коридору в комнату.

– Меня зовут Хая, я помогу вам подготовиться к свадьбе, – говорит она на английском с сильным акцентом.

– Так свадьбы не будет.

– Пышной – нет. Но будет обряд у улема, и к нему вы должны быть готовы. Для начала хамам, а после пойдете к госпоже, она хочет увидеться с вами.

– Это мама Омара?

– Да, госпожа Джанан. Она в положении, как и вы. Так что, если вздумается выкинуть что-нибудь эдакое, сдержитесь. Она и так немало перенесла.

Я киваю, пытаясь обработать всю информацию, которой меня засыпает Хая, пока мы идем в хамам. Там меня начинает мыть какая-то девушка, и я прошу ее остановиться, потому что хочу сделать все сама, но она не дает.

Не положено, говорит. Я заторможенно наблюдаю за ее действиями, пока Хая, словно назойливая муха, кружит рядом, рассказывая мне, как пройдет «свадьба». С каждым ее словом во мне нарастает напряжение. Оно звенит, дергая за нервные окончания, словно кто-то играет на расстроенной гитаре. Я помню, на такой играл Итан, парень из старшей школы, который хотел со мной встречаться. Воспоминания о прошлой жизни немного успокаивают.