Ниса. (Не)желанная жена

Из-за нещадно палящего солнца линия горизонта преломляется. Где еще, в какой точке мира можно увидеть такое? Я побывал во многих местах нашей планеты, но нигде нет этого очарования. Этого сумасшедшего ощущения, которое дает пустыня.

Домой я возвращаюсь ближе к вечеру, успев вернуть Ворона в стойло и съездить в город, где решил пару вопросов. Принимаю душ, переодеваюсь в спортивные штаны с футболкой и спускаюсь вниз, чтобы поужинать. Но не успеваю дойти до кухни, как со второго этажа слышится крик Зухры:

– Господин! Камаль! Она сейчас упадет! Она же убьется!

Я резко срываюсь с места и несусь в комнату Нисы.

Глава 7

Оббегаю Зухру и врываюсь в комнату Нисы.

– Где она?

– На балконе! – выкрикивает мне в спину служанка.

Я бегу туда и замечаю только тонкие пальцы, намертво вцепившиеся в перегородки под балюстрадой. Наклоняюсь вперед. Ниса, зажмурившись, свисает с балкона. Я вижу, как по ее щекам текут слезы, а челюсти крепко сжаты. Пальцы побелели от напряжения."

"– Безголовая, – рычу я и несусь на улицу.

Поднять ее сверху не получится, только поймать снизу. Оббегаю дом и становлюсь ровно под балконом, откуда вот-вот упадет эта сумасшедшая. – Отпускай! – выкрикиваю я. Расстояние до земли не такое уж и большое, но мраморный настил гарантирует перелом конечностей. – Прыгай, Ниса!

– Нет! Я разобьюсь!

– Я поймаю тебя!

– Нет!

– Я не дам тебе упасть, обещаю!

– Ты меня ненавидишь!

– Не настолько, чтобы дать тебе умереть. Прыгай же!

– Моя смерть будет на твоей совести, а если я стану инвалидом, ты всю жизнь будешь моей сиделкой! Поклянись!

Закатываю глаза от раздражения, но все равно киваю.

– Клянусь. Давай! На счет три. Раз, два, три!

Ниса наконец отпускает перекладины и летит прямиком на меня. Я смотрю на это, словно в замедленной съемке. Темные волосы взметаются вверх, тело расслаблено, руки подняты. Через какую-то секунду она падает мне в руки, и я едва удерживаю равновесие. Ниса легкая, как пушинка, но на скорости ее вес кажется гораздо больше.

Она вцепляется в меня мертвой хваткой.

Обнимает за шею и, прижавшись носом к коже, начинает плакать. Так горько, что это разрывает сердце. Странное ощущение сочувствия и желания защитить снова поднимается во мне горячей волной, оглушая. Ни к кому, кроме членов своей семьи, я не испытывал такого.

Молча несу ее в комнату, желая как можно скорее избавиться от своей ноши. Мне не нравятся чувства, которые я испытываю, и тот трепет, который во мне вызывает эта ведьма.