Никто не хотел воевать

– Ну, тогда понятно, друже… А почему же тебя, ветерана, тут не на роту и даже на взвод не поставили? Смотрю, командуют у вас какие-то дети, а тебя битого мужика в рядовых держат, – недоумевал Шетинистый.

– Да то я сам не захотел, не мое это, – не стал вдаваться в подробности Богдан.

Почему-то Щетинистый поверил и не стал больше пытать Богдана, что, как и почему. Более того он заговорил с ним доверительно:

– Я тебе вот что сказать хочу. Ты своих настрой, чтобы не расслаблялись в первые дни.

– А вообще-то как тут участок… неспокойно? – в свою очередь поинтересовался Богдан.

– Да нет, средний участок, не курорт, но и не пекло. Вот у соседей, что ближе к границе, у них куда опаснее. Там их с российской территории почти каждую ночь «ГРАДы» долбят.

– Как это с российской… и что никто из международных наблюдателей их засечь не может? – удивился Богдан.

– А как засечешь. Там по ночам наблюдатели не стоят. Можно со спутника американского засечь, но они стреляют строго тогда, когда спутники слежения эту территорию не наблюдают.

– А может и в самом деле чеченцы? Я слышал, за сепоров кадыровцы воюют, предположил Богдан.

– Да нет, на понт берут. Знают, что этих зверей все боятся. Подстрелили тут одного из тех «акбаров», остался лежать недалеко от наших позиций, а остальные убежали. Документов при нем не нашли, но рожа обычная, москальская, да и татуировка на нем была ВДВ.